Книга Умереть для коллекции, страница 236 – Питер Джеймс

У настоящей любви не бывает счастливого конца, потому что настоящая любовь никогда не кончается. Отпустить – это один из способов сказать, что ты любишь. XX

Она и вправду любила его. Очень-очень любила. Но не настолько, чтобы подарить ему четыре миллиона фунтов.

Да еще человеку с дурной привычкой убивать женщин, которые приносили ему деньги.

Через некоторое время после взлета, выпив «Кровавую Мэри» и бутылочку водки, Эбби откинулась на спинку кресла и открыла «Джифи баг». Место рядом с ней было свободным, так что не нужно беспокоиться о посторонних взглядах. На всякий случай она оглянулась через плечо, убедилась, что никого из стюардов поблизости нет, и осторожно вынула один из целлофановых конвертов.

В нем лежал блок марок «Черное пенни». Эбби стала разглядывать строгий профиль королевы Виктории. Слово «почта», напечатанное не очень ровными буквами. Блеклые цвета. Прелестные марки, но далеки от совершенства. Однажды Дэйв объяснил ей, что порой именно несовершенство делает их особенно ценными.

Это относится и ко многим другим вещам в жизни, подумала она сквозь приятную дымку легкого опьянения. А кому вообще хочется быть идеальным?

Она снова взглянула на марки, понимая, что впервые по-настоящему рассмотрела их. Они и в самом деле были особенными. Волшебными.

— До свидания, мои маленькие красавицы, – прошептала она с улыбкой. – До скорой встречи. – И аккуратно убрала их.

— Хорошо отдохнул? – спросил Рой Грейс.

— Очень смешно. Пляж видел только из иллюминатора самолета, – ответил Гленн Брэнсон.

— Слышал, на Самуи очень красиво.

— Ну да, все время было ужасно влажно и лил дождь. А еще меня что-то укусило за ногу, то ли комар-мутант, то ли паук. Вся распухла. Хочешь посмотреть?

— Нет, но все равно спасибо.

Сидящий на стуле перед столом Грейса детектив-сержант, костюм и рубашка которого выглядели и пахли так, будто он в них спал, покачал головой и усмехнулся:

— Ну и сволочь же ты, Грейс, разве нет?

— А вот я не могу поверить, что ты снова разгромил мою любимую коллекцию пластинок. Я позволил тебе остаться там на одну ночь. И не просил тебя вытаскивать диски из футляров и разбрасывать их по всему полу.

Брэнсону хватило совести смутиться:

— Я просто хотел рассортировать их, чтобы тебе же было удобнее. Я… черт… прости. – Он глотнул кофе и подавил зевок.

— Ну как там заключенный? Ты когда прилетел?

Брэнсон взглянул на часы:

— Примерно в шесть сорок пять. – Он зевнул. – Полагаю, за последние две недели мы спустили весь бюджет уголовного розыска Суссекса на зарубежные командировки.

Грейс улыбнулся:

— Уилсон что-нибудь рассказал?

Брэнсон отпил еще кофе:

— Знаешь, насколько я могу судить, он действительной хороший парень.

— Ну да, конечно. Мы таких хороших парней еще не встречали, верно? Просто у него есть один маленький недостаток: вместо того чтобы честно трудиться, предпочитает убивать своих жен. – Грейс посмотрел на друга с притворным удивлением. – Гленн, ты хороший парень. И если бы не все дерьмо, которое было в моей жизни, возможно, я бы тоже был хорошим парнем. Но Ронни Уилсон… нет, он не хороший парень. Он просто умеет ловко внушить людям, что он хороший.

— Ну да, – кивнул Брэнсон. – Я не совсем это имел в виду.

— Тебе нужно пойти домой и выспаться, принять душ, а потом вернуться ко мне.