Книга Умереть для коллекции, страница 187 – Питер Джеймс

Деннис кивнул:

— Их так и называли: собаки, приносящие радость.

— Что-то вроде терапии, – продолжил Пэт. – Мы там часто такое находили, просто оторопь берет. А погладишь такую собаку, сразу на душе как-то легче, контакт с кем-то живым, с кем-то счастливым.

— В общем, это сработало, – сказал Деннис. – Все эти события одиннадцатого сентября пробудили много хорошего в людях, в жителях города.

— Отморозков тоже было полно. На пирсе девяносто два мы раздавали пострадавшим деньги, от полутора до двух с половиной тысяч баксов, в зависимости от ситуации, в которой они оказались. – Пэт пожал плечами. – Эти негодяи быстро все пронюхали. Приходили, плакали, мол, всю семью потеряли, хотя на самом деле это было не так.

— Но мы их поймали, – с мрачным удовлетворением вставил Деннис. – Не сразу, конечно, но, черт побери, всех до одного!

— Но если честно, нет худа без добра, – сказал Пэт. – В этот город вернулась душа. Мне кажется, люди здесь стали немного добрее.

— А кое-кто и разбогател, – добавил Деннис.

— Это точно, – кивнул Пэт.

Деннис вдруг захихикал:

— У моей жены Рейчел есть дядя в Швейном квартале. У него собственное предприятие по изготовлению разнообразной вышивки для сувенирных магазинов. Через пару недель после одиннадцатого сентября я как-то заехал к нему. Маленький такой еврей, зовут Хайме. В свои восемьдесят два года он работает по четырнадцать часов в день. Милейший человек, редко такого встретишь. Его семья чудом спаслась от холокоста и приехала сюда. Никому не отказывает в помощи. Так вот, захожу я к нему и ничего не понимаю: никогда не видел, чтобы здесь было так оживленно. И все трудятся. В углу куча футболок, толстовок, бейсболок… Все строчат, гладят, подшивают, упаковывают. – Он отпил пива и покачал головой. – Дяде пришлось нанять дополнительных работников. Не мог справиться с заказами. Он делал только памятные вещи, посвященные башням-близнецам. Я спросил его, как идут дела. Он, сидя посреди всего этого хаоса, посмотрел на меня с улыбкой и сказал, что дела идут как никогда хорошо. – Деннис кивнул и неопределенно пожал плечами. – Знаешь что? Всегда найдется человек, который извлечет из трагедии выгоду.

Лоррейн лежала в постели без сна. Снотворное, прописанное врачом, действовало примерно так же, как двойной эспрессо.

В комнате работал паршивый портативный телевизор, который раньше стоял в гостевой спальне, – единственный предмет, не конфискованный судебными приставами, поскольку ничего не стоил. Показывали старый фильм. Она не расслышала названия, но телевизор работал постоянно, словно экран был обоями. Ей нравился свет, шум, компания.

А на экране в роскошной спальне с приглушенным освещением Стив Маккуин и Фэй Данауэй играли в шахматы в напряженной эротической атмосфере, полной всевозможных нюансов.

Они с Ронни тоже часто играли в разные игры. Она вспомнила те ранние годы, когда они были без ума друг от друга и предавались порой совершенным безумствам. Они играли в шахматы на раздевание, и Ронни всегда побеждал, оставляя ее голой, а сам был полностью одетым. И в скребл они тоже играли на раздевание.

Больше этого никогда уже не будет. Она шмыгнула носом.

Ей было трудно сосредоточиться на чем-либо. Трудно осмыслить свое нынешнее положение. И она просто продолжала думать о Ронни. Очень по нему скучала. В те редкие ночи, когда ей удавалось поспать достаточно долго, он снился ей. А во сне он был живой, улыбался и говорил, что она глупая корова, если думает, будто он мертв.