Онлайн книга «Рюриковичи. История спецопераций (IX-XV века)»
|
Осенью 1338 года папа Римский Бенедикт XII отправляет посольство в Китай. Главой делегации он назначает своего легата францисканского монаха Джованни де Мариньолли. Папские послы посещают Константинополь, где ведут переговоры с императором Андроником III о церковной унии. Далее они отправляются в Сарай, к хану Узбеку. Мариньолли писал: «…мы достигли первого императора тартар, Узбека, и вручили письмо, одеяния, боевого коня (dextrarius), cytiac и подарки папы». Коня и правда подобрали уникального. Папский архив сохранил его описание: конь был весь чёрный с белыми задними копытами. Такой статусный подарок на языке дипломатии означал особое расположение папы Римского к «императору аланов и Монголии». В тот момент, когда в Архангельском соборе похоронили Ивана Калиту, хан Узбек отправил папе Римскому неких Петрануса де Лорку, Альберта и Элиаша из Венгрии. Вернулись они назад уже с письмом от Бенедикта XII. Папа рассыпался в благодарностях за приём Мариньолли, а также наставлял Узбека не конфликтовать больше с Польшей и Венгрией. Читая это письмо, хан ещё не знал, что в дни его написания Бенедикт XII призвал епископов в Польше объявить крестовый поход против татар. К тому же папа обещал общую индульгенцию тем, кто поможет оружием и войском польскому королю Казимиру III. И, как бы между прочим, папа дал знать Узбеку, что он в курсе недавнего покушения на него в Сарае, намекая, что хорошо бы принять христианство, которое, убеждал понтифик хана, спасает от смерти. Политический брак Симеона Действительно, события, происходившие на западных границах Улуса Джучи, внушали тревогу не только у Узбека, но и у Симеона Иоанновича. Москве, как никогда ранее, совершенно были не нужны конфликты со старыми соседями. В 1346 году тверской князь Всеволод Александрович отдаёт замуж свою сестру Марию за Симеона. В этом браке интересна не только его явная политическая «объединительная» цель, но и то, как он готовился. Два ближних Симеона – Андрей Кобыла и Алексей Хвост – тайно приехали в Тверь. Настолько тайно, что сам брак удалось скрыть от митрополита Феогноста. Вместо этого была отправлена просьба о благословении этого союза напрямую к константинопольскому патриарху. Тот дал своё согласие. В этом браке у Симеона и Марии сначала родились два мальчика. Оба умерли во младенчестве. Затем один за одним появились на свет другие его сыновья Иван и Семён. Забегая вперёд, нужно отметить, что в год смерти мужа Мария хоронит и последних своих детей. В 25 лет остаётся совершенно одна. Она на долгих 46 лет исчезает со страниц летописей, чтобы появиться только в 1389 году как некая старица одного из спасских монастырей Фетинья. Мария Александровна при жизни мужа была символом примирения Москвы и Твери. В то время как первая (умершая ранее от чумы) жена Анастасия Гедиминовна могла бы стать символом союза между Русью и Литвой. Но не только её смерть помешала такому проекту, но и начавшаяся после Гедимина грызня его сыновей за власть. Литовский пёс Литва вышла из междоусобной схватки с новым князем. Им стал Ольгерд. В Москве понимали, что прошло время «мудрого Гедимина». Литва начинает активно интересоваться и продвигать свои интересы в Псковском, Новгородском и Смоленских княжествах. |