Книга Рюриковичи. История спецопераций (IX-XV века), страница 44 – Константин Кусмауль

Но Иван Калита не останавливается. Он решает ещё больше повысить ставки. В тот момент, когда тверской князь оказался «литовским наймитом», Калита, чтобы повысить свою значимость и вызвать жалость у Узбека, решает сыграть ва-банк. Он едет в Орду с двумя своими сыновьями (Иваном и Семёном) и везёт завещание. Это был намёк на возможную скорую смерть князя. Мы не знаем, конечно, о чём говорил Узбек с Калитой, но московский князь приехал на родину «во благе», убедив хана, мол, если что, его сын Семён надёжен и всегда может гарантировать регулярное поступление дани.

Чисто ордынское убийство

В августе 1339 года князь Александр Тверской с сыном Фёдором поехали в Орду для объяснения своих литовских контактов. Их «проводы» на родине были больше похожи на траурное прощание. Жена Александра и дети провожали его часть пути по Волге. Затем братья и родня отслужили молебен… В Орде Александра и Фёдора держали в неведении почти месяц. Наконец, им был объявлен смертный приговор. В день казни их голых поставили на колени перед ханским эмиром Товлубеем. Тот скомандовал: «Убейте их!» Татарские палачи, достав ножи, зарезали Александра и Фёдора, после чего отрубили им головы, бросив местным собакам.

Лишь спустя несколько дней хан разрешил взять тела и отправить их на родину. Траурная процессия прошла от Рязани до Тверского княжества. Однако митрополит Феогност, чтобы не придавать ненужного символического значения Твери, организовал отпевание почивших именно во Владимире (юридически – стольном городе). В Твери же их торжественно похоронили.

Даже летописцам того времени было сложно сказать, насколько был лично виновен в их казни Калита. Никоновская, Новгородская и даже Тверская летописи лишь констатируют «божественный промысл» случившегося в Орде. Очевидным остаётся то, что с казнью тверских правителей маятник снова качнулся в сторону Москвы. Теперь она осталась единственной силой, на которую хан мог сделать ставку.

Символом расправы Москвы над Тверью стала… расправа над тверским соборным колоколом. Он был снят и увезён в качестве пленника в Москву.

В то же время Калита приказал рубить из дуба новые кремлёвские стены.

Монастырская сеть Калиты

Именно Кремль и его церкви станут чёткими и содержательными посланиями всем русским (и не только) землям. Каждый новый храм, каждая деталь будут иметь важное и определённое содержание – шифр, разгадать который современный человек может, только обратившись к библейской и церковной истории.

При знаковом Успенском соборе, закладка которого, как ранее отмечалось, была в день памяти «семи спящих отроков эфесских», был сооружён придел Поклонения веригам апостола Петра. Этот небольшой придел должен был стать официальной усыпальницей русских митрополитов. Когда работы были закончены, храм освятили в день памяти малоизвестного святого Протасия. Это было сделано Калитой специально, так как Протасием звали главного кремлёвского тысяцкого, который руководил всем строительством в Кремле.

На следующий год князь заложил ещё одну церковь – Спасскую. Вокруг её он решил строить здания Спасского монастыря. И что не бывало: внутри самого Кремля! Это был символический выбор, так как «Спасский культ» был именно монастырским. В центральной Руси в то время в Ростове, Белоозере и Ярославле были подобные обители. К тому времени Спасских соборов насчитывалось около десяти. Возможно, Калита строил своеобразную «Спасскую монастырскую сеть», центром которой был Кремль.