Онлайн книга «Пан Станислав. Атаман»
|
2 Стас открыл глаза. Над ним безмятежно искрилось яркими звездами ночное небо. В степной траве монотонно и густо трещали цикады. Рядом, укрывшись плотным суконным плащом, мирно посапывала Даша. Жена… После всего, что стряслось в Пятиизбянской станице, он дал себе твердое, нерушимое слово: никогда больше не оставлять ее одну надолго. Тем более теперь, когда у них будет ребенок. Новость о том, что Даша беременна, поначалу вызвала в нем смешанные чувства. Это было слишком сложно осознать сразу. Мысль о том, что внутри нее прямо сейчас зарождается новая жизнь, зароненная Стасом, повергла его в смятение. Он не знал, как себя вести, что говорить, как смотреть на нее. Однако теперь, по прошествии нескольких дней, эта ошеломляющая весть наконец улеглась в голове, и Стас почувствовал себя бесконечно, до боли в груди счастливым. Все прежние заботы, сыскные дела, шпионские загадки и опасности разом отошли на второй план, оставив в сердце место лишь для этой женщины и их будущего. Все решилось за него само по себе, словно провидение указало истинный путь. Теперь у него осталась одна главная обязанность в жизни – беречь жену и будущего ребенка. Он аккуратно, боясь потревожить, обнял Дашу за плечо и попытался уснуть. Не выходило. Сон не шел, а мысли, вопреки воле, снова потянулись к делам. Шляхтич тихо поднялся, стараясь не шуметь, и подошел к едва тлевшему костру. Он нагнулся, подобрал несколько сухих веток и аккуратно подбросил хвороста в огонь. Тонкие сучья тут же занялись, осветив слабым розоватым светом сладко похрапывавшего чуть поодаль Степана. Болдырь спал крепко, положив руку на рукоять шашки. До Черкасска оставался всего день ходу. Ехали они медленно, поскольку Даша твердо настояла на том, чтобы тяжелый воз со всем ее добром следовал вместе с ними. Она без малейшего сожаления покинула опостылевший проклятый дом в станице, но забрала с собой личные вещи, памятные мелочи и кое-какую кухонную утварь. В итоге набрался целый воз, доверху набитый узлами и сундуками. Стас всю дорогу поглядывал на эту неуклюжую колымагу с невольной усмешкой. Правда, ему тут же приходилось прятать улыбку и напускать серьезный вид, едва он замечал на себе строгий, недовольный взгляд жены – Даша не терпела подобного легкомысленного мужского отношения к их будущему семейному быту. Все остальное время она буквально светилась от тихой радости. Стас замечал, как она то и дело машинально поправляет на шее подаренное им ожерелье, словно проверяя, не пропало ли оно, не привиделось ли ей все это счастье. Глядя на огонь, Станислав снова, шаг за шагом, начал перебирать в уме цепочку расследования, пытаясь выстроить хаотичные факты в единую четкую нить логики. Перед самой своей смертью Князев признался в убийстве войскового есаула Тимофея Чеботарёва. С одной стороны, это признание идеально укладывалось в логику последних кровавых событий. Но с другой – Стаса не покидало ощущение, что во всей этой картине чего-то не хватает, какая-то важная крупица смысла упорно ускользает. Смерть Князева в петле оборвала нить, не позволив получить ответы на оставшиеся вопросы. А их оставалось слишком много. Была ли дикая, застарелая месть единственной причиной, по которой Князев застрелил есаула? Или это жестокое преступление случайно совпало по времени с чьим-то желанием намертво замести следы связи казака со шпионами? |