Книга Загадка Версальского дворца, страница 24 – Адриен Гётц

— Видишь, я еще на что-то гожусь! Ты, кажется, хотела навестить труп?

Пенелопа и Вандрий идут по вымощенному деревянными плитками узкому проходу, который соединяет город с парком. Это не самый короткий путь, но Вандрий хотел пройти именно здесь, вспомнить детство. Местные полицейские не пропускают сюда гуляющих, проверяют документы; начинается дождь, все выглядит очень драматично. Пенелопа показывает пропуск.

У фонтана Латоны им открывается мрачное зрелище. Летом в те дни, когда работают все фонтаны, он выбрасывает радуги струй на фоне благородных фасадов. Если смотреть с террасы, он играет с зеленью и голубым небом, сияет всеми своими статуями – каменными лягушками, каскадами воды, отскакивающими от пастухов, испуганных всемогуществом маленького Аполлона. Это самое прекрасное воспоминание, которое осталось у Вандрия после первой поездки в Версаль в десять лет со своим лицеем Фран-Буржуа^[75]. Сейчас, в этот холодный день, чаша бассейна с неработающими фонтанами возвышается среди черных деревьев, словно его когда-то поставили здесь и забыли. Наверху поблекшая Латона держит на руках сына – Аполлон, бог Солнца и Искусств, дрожит от холода. У одной из фигур недостает руки, у другой пальцев, одна лягушка вообще ускакала, ящерки трескаются на морозе. У любого мецената сжалось бы сердце.

— Пенни, ты знаешь историю про принцессу, которая поцеловала жабу и сама стала жабой?

— Упорно пишут, что это изображение молодого Людовика Четырнадцатого и его матери, преследуемых восставшей Фрондой и превращенных в земноводных. Абсолютно бессмысленно. Как будто величайший король в мире каждое утро хотел бы видеть у себя перед глазами это неприятное напоминание.

— Ты собираешься провести мне экскурсию или тебе все-таки интересно узнать, что же произошло?

Полиция поставила заграждения. Из воды вытащили голую женщину, тело накрыли простыней и положили на носилки.

Пенелопа представляется. Лейтенант полиции, лет тридцати, белобрысый, пухлый, неразговорчивый тип, выдает скупую информацию. Смерть произошла от удушения до того, как труп бросили в бассейн. Трудно точно установить время. Никаких данных для идентификации. Это молодая женщина азиатской внешности. Тело не вздуто, значит пробыло в воде недолго. Лейтенант напускает на себя важность:

— Есть еще кое-что. Может быть, вы поможете нам разобраться. На теле остались следы, рисунки – не знаю, имеют ли они какое-то отношение к Версалю… Все-таки нашли ее именно здесь, в центре садов, в бассейне, который больше всего на виду. Тело могли бы спрятать в каком-нибудь фонтане подальше или в лесу. Те, кто это сделал, хотели, чтобы ее увидели.

— Рисунки?

— На животе. Как граффити. Надрезы ножом. Неизвестно, подверглась ли жертва сексуальному насилию, – сообщу, когда поступит заключение судмедэксперта.

— Вы не обязаны нас информировать.

— Мы всегда были в хороших отношениях с хранителями. Месье Вокансон попросил меня держать его в курсе. Думаю, это важно для Версаля, это особое место. В данном случае вы, наверное, сможете нам помочь. Это дело рук маньяка. Вы не откажетесь взглянуть? Не боитесь?

Молодую женщину нашли голой в плаще, накинутом на плечи, – в него завернули тело. Натянув резиновые перчатки, лейтенант откидывает простыню, которой санитары прикрыли носилки. Он обнажает только живот, из деликатности и чтобы пощадить Пенелопу. Вандрий пятится. Красные надрезы на теле, нанесенные, возможно, скальпелем, образуют какой-то варварский рисунок. Один из помощников лейтенанта фотографирует.