Книга Идеальный мир для Химеролога 13, страница 100 – Олег Сапфир, Марк Альтергот

— В смысле? — насторожился мужик, глядя на безобидный белый комок шерсти. — А во что он вырастет⁈

— Когда вырастет — сами всё поймете, — широко улыбнулся я.

Мужчина пару секунд ошалело переваривал мои слова, затем судорожно сглотнул и с уважением кивнул:

— Понял… Короче, если начнётся какая-то непонятная хрень — я сразу к вам. Если будет хоть что-то странное происходить — только к вам!

— Да ничего страшного с ним не произойдёт, не волнуйтесь, — я похлопал его по плечу. — Но если что — привозите на консультацию. Разберёмся по-свойски.

Петербург, Российская Империя

Здание Главного штаба Гвардии

⠀

Шёл десятый час вечера, а бумаг на столе меньше не становилось.

Цесаревич Алексей Фёдорович Емельянов сидел во главе длинного стола для закрытых совещаний. Перед ним возвышались четыре пухлые стопки папок с гербовым тиснением.

С утра нервы мотали артиллеристы. Седые генералы горячо доказывали, будто тройная переплата за орудийные присадки для Стены вызвана одной лишь заботой об Отечестве, и скромно умалчивали о прикормленных поставщиках. Сибирский департамент долго клянчил квоты на грузовые бронепоезда. Адъютант выложил три варианта дежурных речей к благотворительному вечеру. Под конец дня принесли срочный пакет от разведки: у ливонской границы собиралось слишком много наёмников.

Голова у Алексея гудела так, словно туда засунули работающий паровой двигатель от карьерного экскаватора. Остывший три часа назад чай в фарфоровой чашке покрылся тонкой сизой плёнкой.

На пороге появился полковник Ковалёв, начальник личного конвоя цесаревича. Подбородок как из гранита, безупречная выправка — и редкий дар появляться именно тогда, когда Алексею хотелось пристрелить кого-нибудь из присутствующих.

— Ваше Высочество, — обратился офицер, держа под мышкой очередную пухлую папку. — Господа из департамента тылового довольствия просят ещё пятнадцать минут для согласования поправок. А в приёмной с пяти часов ожидает князь Ворошилов с окончательным вариантом реформы армейской логистики. Утверждает, что дело не терпит ни секунды отлагательства.

Алексей зажмурился и устало потёр переносицу.

— Передай князю Ворошилов, чтобы он отложил свой проект, выпил ромашкового отвара и лёг спать. Если до завтрашнего утра логистика Империи внезапно рухнет, я лично выпишу ему наградной орден посмертно. А если господа снабженцы не способны уложить свои мысли в отчёт за шесть часов обсуждений, завтра я познакомлю их со следователями Тайной Канцелярии. Они там быстро найдут общий язык.

— Так точно, — не моргнув глазом, кивнул Ковалёв. — А как прикажете поступить с дипломатическим ужином у шведского посланника? Выезд кортежа был назначен на девять.

— Сообщи послу мои глубочайшие извинения, — Алексей тяжело вздохнул, уставившись в лепной потолок. — Передай, что цесаревич непредвиденно занят вопросами государственной безопасности чрезвычайной важности. Впрочем, это даже не враньё. Спасение моих остаточных нервных клеток — это уже вопрос стратегической обороноспособности державы.

Ковалёв аккуратно захлопнул папку и вытянулся по стойке «смирно».

— Какие будут дальнейшие распоряжения, Алексей Фёдорович?

— Я хочу отдохнуть. Я устал.

Полковник понял сразу. Ковалёв всё-таки был на службе и позволил себе лишь едва заметную улыбку.