Книга Юрист с Рублёвки. Том 3, страница 75 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

И вышла, не оглянувшись на Лосева. Тот стоял с вытянутой рукой и моргал.

Я убрал свой экземпляр в папку и пожал Векслеру руку.

— Алексей Дмитриевич, — Векслер задержал мою ладонь, — вы грамотный юрист. Если что…

— Да, я помню, дело по оборудованию. Решим на днях.

В контору Когана я приехал к часу дня. В приёмной сидели трое посетителей — двое с папками, одна с пакетом из «Пятёрочки». Полина что-то объясняла женщине у стойки, Катя отвечала на телефон.

Я прошёл в кабинет Когана. Семён Борисович сидел за столом и, к моему удивлению, не курил. Зато перед ним стояла кружка с чем-то, что пахло как ром.

— Семён Борисович, — я положил папку на стол. — Дело Натальи Игоревны закрыто. Акт подписан, расчёт полный. Сопровождение оплачено.

Коган пролистал бумаги. Левое веко дрогнуло — привычный тик.

— Сколько там всего получилось? — спросил он.

— Наталье Игоревне — двести двадцать пять тысяч по соглашению с Векслером. Конторе сегодня — десять за сопровождение переезда. Моя четверть — две с половиной, ваши семь с половиной. Аванс мы уже делили.

— Угу, — он кивнул. — Тамара!

Из-за двери высунулась Тамара Петровна.

— Переведите Смирнову его долю. Две тысячи пятьсот. Хорошо сработали.

«И это не лишнее, — подумал я, глядя на Тамару. — Семь с половиной с аванса я уже получил, теперь ещё две с половиной. Ого… а у вас что-то было…»

Решил я это не просто так. Когда Коган выдал распоряжение, Тамара облизнула губы и подмигнула начальнику. Я это видел. Очень хорошо видел! Но затем всё моё внимание опять ушло к Семёну Борисовичу.

— Так, Лёша, — Коган поднял палец, — ты в курсе, что у тебя завтра Воронин?

— Воронин? — я закрыл глаза на миг. — Да… Полина говорила, что он записан на десять.

— Вот! Поэтому готовься к расчёту за этап. Я… в некотором роде, проявил инициативу и узнал, что вчера прошёл суд…

— Я знаю. Мы с Мариной Викторовной вчера утром представляли Воронина в заседании.

— Ну вот. Готовься. И не забудь, он обязан оплатить…

— Сопровождение, помню.

Я вышел от Когана и заглянул к себе в кабинет. Поставил папку с делом Натальи Игоревны в шкаф — на полку, рядом с делом Самойлова. Закрыл дверцу на ключ. Полина постучала и вошла следом.

— Алексей Дмитриевич, — она поставила мне на стол стаканчик кофе. — Там пришло подтверждение от Тамары Петровны, две тысячи пятьсот начислены.

— Отлично. Полин, я сегодня после обеда ненадолго отлучусь. Нужно кое-куда успеть.

— Куда?

— В автошколу. Записаться надо.

Полина посмотрела на меня с любопытством.

— Вы машину водите?

— Водил, — ответил я. И тут же осёкся. В этой жизни — не водил. В прошлой — да. Но Полине про прошлую жизнь я не рассказывал.

— Ну, в общем, мне нужны права. На всякий случай.

— На всякий случай — это правильно, — она кивнула и вышла.

«Форсаж» располагался рядом с офисом, в трёхэтажном здании из красного кирпича, которое, судя по архитектуре, было построено где-то в семидесятых. На фасаде висела вывеска автошколы — выцветшая, с отколовшимся уголком.

Я поднялся на второй этаж. В коридоре стояла скамейка, на которой сидели четверо подростков лет восемнадцати и женщина средних лет с авоськой. На стене — расписание занятий, плакат с правилами дорожного движения и фотография инструктора на фоне белых «Жигулей».

В кабинете администратора сидела полная женщина в очках на цепочке. Она подняла голову от компьютера и уставилась на меня с тем выражением, которое бывает у людей, привыкших к тому, что к ним приходят не в самое подходящее время.