Книга Юрист с Рублёвки. Том 3, страница 20 – Дмитрий Лим, Сергей Шиленко

То есть он планировал спорить со мной о разовом доступе, думая, что тем самым сможет усыпить мою бдительность? Чтобы потом подсунуть на подпись полный пакет с правами администратора? Ха!

«Кто вообще в наше время надеется на юридическую невнимательность оппонента?»

— То есть широкий комплект предназначен для подписания сейчас? — перевёл я вопрос в практическую плоскость.

— Именно, — кивнул Кравцов. — Это рабочая необходимость.

Я не стал объявлять само различие редакций оконченным преступлением. Для этого ещё требовалось собрать доказательства. Но я имел полное право потребовать основания.

— На каком основании функции действующего подрядчика передаются отдельной фирме? — я посмотрел прямо в глаза Кравцову. — Конкретно, какую пользу этой передачи вы видите для клиники? Если клинике нужен был консультант, вы бы наняли его. Зачем передавать управление базой стороне, которая не является стороной основного договора?

Кравцов усмехнулся, собираясь ответить, но я поднял руку, останавливая его. Я достал телефон и набрал Зорина по видеосвязи. Через полминуты мне удалось вывести его изображение на экран телевизора, висевшего в переговорной.

— Павел, — обратился я к экрану, сделав погромче звук, — объясните присутствующим, что в административной части означает реальное действие?

Зорин посмотрел на собравшихся в переговорной и вздохнул. Ему явно не нравилось быть в центре этого скандала, но технарям обычно претит враньё.

— Реальное действие административных полномочий, — сказал Зорин в микрофон, — означает управление рабочими ролями. Это возможность заводить новых пользователей, назначать задания выгрузки, менять права доступа к карточкам пациентов. Это полномочия администратора системы, а не право скачать один согласованный набор данных, как написано в сокращённом акте.

В переговорной стало очень тихо. Клебанский медленно перевёл взгляд с экрана на Гурьева. Тот вжал голову в плечи.

— Да, широкую редакцию собирались подписывать сегодня, — выдавил Гурьев.

— Александр Николаевич, — Клебанский произнёс это так тихо, что все напряглись, чтобы услышать, — вы приложили к материалам сверки по нашему контракту акт о передаче администрирования базы данных пациентов сторонней организации?

— Это техническое следствие! — попытался оправдаться Гурьев, но его голос сорвался.

Я повернулся к Зинаиде Павловне. Бухгалтер сидела бледная, прижимая руки к груди.

— Зинаида Павловна, — я кивнул на широкую редакцию, — вы готовили этот комплект. Строка о фактическом исполнении пуста. Вы будете её заполнять?

— Я… — она посмотрела на Гурьева, потом на Кравцова, а затем на меня. — Собирать документы мне поручили. Но удостоверять передачу прав, которых я не совершала и не понимаю, я не буду. Я бухгалтер, а не системный администратор.

— Зорин, — я снова обратился к экрану, — вы подтверждаете завершение передачи административных прав?

— Нет, — отрезал Зорин. — Я подтвердить этого не могу. Передача не состоялась. Я приостановил расширение роли.

Клебанский встал, собирая свои бумаги.

— Я не понимаю, зачем меня пригласили на сверку исполнения нашего договора, — его голос звенел от сдерживаемого гнева. — И почему вы пытаетесь связать мою подпись под итоговым протоколом с признанием новой технической компании, о которой я впервые слышу. Я не подпишу протокол сверки, пока из него не исключат технический акт по договору, стороной которого «ФармКор» не является.