Онлайн книга «Диверсант. Том 2»
|
— Чуть не спалились, — буркнул Зыков. — Ищем въезд во двор, — скомандовал я. — Где-то здесь должен быть чёрный ход, подсобки. Гена, крути влево, вдоль забора. Можно было бы, конечно, подкатить прямо к крыльцу. Лейтенант, больной, с передовой — кто офицеру откажет? Вот только у входа — писарь, журнал, вопросы: какая часть, откуда следуете, где раненые. И моя третья фраза, на которой акцент вылезет наружу. Живого «Юргенса» впишут в бумаги, а мёртвого, поди, уже ищут по сводкам. Нет. Внутрь мы гостями не пойдём. Возьмём то, за чем пришли, и тихо уйдём. Мы обогнули больничный комплекс. Увидели высокий забор, а за ним стояли кирпичные корпуса и какие-то старые постройки. Где-то там, внутри, должны быть лекарства… А если там ещё будут врачи… хотя, откуда им там взяться? Немцы явно вывели всех «полезных» людей, для себя. Гена свернул в узкий проулок. Здесь было тише, безлюднее. Дома стояли вплотную к больничному забору, образуя узкий коридор. Стены были исписаны немецкими лозунгами и маркировкой: «Lazarett», «Verwundetensammelstelle» — госпиталь, сборный пункт раненых и это было мне на руку! — Вот, — Гена ткнул пальцем вперёд. — Заезд… Я проследил за его жестом. Перед нами были кованые ворота, с ржавой цепью и амбарным замком. За ними заросший двор, куча досок, бочки и дверь в одноэтажную пристройку с надписью на русском: «Склад». — Замок, — тихо сказал я. — Только без шума. Зыков спрыгнул, выдернул из-под сиденья монтировку из шофёрского ящика. Поддел дужку, навалился всем телом — старый амбарный замок хрустнул почти беззвучно. Гена вкатил «Кюбельваген» во двор на холостых, Архип притворил за нами створки и накинул цепь обратно — так, чтобы издали всё выглядело нетронутым. — Машину под навес, — приказал я. — Забросать чем-нибудь. В ней еда и оба пулемёта — без этого мы никто. Гена закатил «Кюбельваген» под дощатый навес у стены, набросал сверху рвань и старый брезент, что валялся во дворе. Издали — куча хлама, а не машина. Только после этого мы нырнули в пристройку. Дверь оказалась не заперта — ввалились внутрь, закрыли за собой. — Привал, — прохрипел я, сползая по стене на пол. — Минут двадцать. Потом… потом решим, как пройти в главный корпус. Гена запер дверь изнутри на засов, прижал к ней пустую бочку. Архип занял позицию у окна. Он чуть отодвинул доску, закрывавшую проём, и, цокая, пялился в щель. Сидоров сел у другой стены, положив винтовку на колени. А я… я просто сидел на полу и пытался не отключиться. Голова раскалывалась, лица товарищей плыли и двоились. Зыков что-то говорил, но звук доходил, как из-под воды: вроде обращаются ко мне, а слов не собрать. — Командир… командир, ты меня слышишь? — Зыков тряс меня за плечо. — Стас! Ты живой? — Живой, — прохрипел я. — Не ори. Дай… дай минуту. Я привалился головой к холодной стене. Камень приятно холодил затылок. На минуту стало чуть легче. — Нужно в главный корпус, — повторил я. — Там, должна быть аптека… хоть что-то… — И как мы туда попадём? — Сидоров кивнул в сторону двери. — Там, на площади куча народу: офицер этот сраный, солдаты, как мы туда… — Подземным ходом, — сказал я, не открывая глаз. — Я говорил, тебе, Ген, по-моему… или не говорил? — Ты про что⁈ — Что раз немцы взяли город, то в больницах они сделали свои военные госпитали. Вон, было же видно, что на стенах написано. |