Книга Проклятый Врач. Том II, страница 98 – Дмитрий Лим

— Объект чуть не придушил меня, Морозов, — я выплюнул слова вместе с привкусом крови. — Вы что, ждали у лифта, пока он меня прикончит?

Морозов проигнорировал мой сарказм. Он подошёл к лежащему клону, пнул его носком ботинка в бок. Тело не отреагировало.

— Надевайте смирительную рубашку, — приказал он бойцам. — И держите его под напряжением. Постоянный ток, десять миллиампер. Не больше, иначе убьём.

Двое амбалов в химзащите схватили клона, начали связывать. Морозов повернулся ко мне. Его глаза скользнули по моей обсидиановой руке, по дренажу в груди, по бледному лицу Лизы.

— Идёмте, — он сделал мне знак рукой. — В операционную. Нам нужно поговорить. Без свидетелей.

Нас сопроводили в пустой оперблок на третьем этаже. Морозов разогнал персонал, заявив, что идёт санитарная обработка. Двери закрылись. Внутри остались мы с Лизой и трое вооружённых охранников, занявших позиции у выходов.

Морозов сел на операционный стол, свесив ноги. Он достал из кармана разгрузки пачку документов, перетянутых резинкой, и бросил их на инструментальную тележку.

— Козлов был идиотом, — голос Морозова был лишён эмоций. — Он думал, что может контролировать аномалию, вводя себе концентрат. Но он был полезным идиотом. Он оставил нам наработки. И у нас были старые архивы «Вектора-7».

Я смотрел на документы. Там были схемы. Кукольные чертежи человеческого тела с вынесенными параметрами кровотока и резонансных частот.

— Проект «Сосуд», — я прочитал название на титульном листе. — Вы выращивали идеального носителя. Из моей крови.

— Идеального, управляемого носителя, — поправил Морозов. — Биологический контейнер без лишней человечности. Без жалости, без страха, без сомнений. Оружие, Ким. Мы пытались создать оружие против того, что растёт под городом. Козлов предоставил базовый материал. Твоя кровь, заражённая матриксом, была идеальным субстратом. Мы вырастили Пациента Ноль в инкубаторе. Он развивался в двадцать раз быстрее нормального эмбриона. Мы загрузили в его мозг базовые навыки, протоколы выживания, боевые программы.

— И что пошло не так? — Я горько усмехнулся. — Ваш биоробот решил, что он человек?

— Он унаследовал фрагменты памяти, — Морозов потёр переносицу. — В твоей крови, Ким, плавают не только аномальные клетки. Там плавают информационные отпечатки. Нейронные связи донора. Пациент Ноль начал «вспоминать» вещи, которые никогда не переживал. Он стал ссылаться на человека, которого никогда не видел. На твоего отца. Он вышел из-под контроля, потому что в его голове зазвучал голос мёртвого инженера. Он перестал быть нашим оружием. Он стал якорем, который мы не планировали строить.

— Якорём? — я резко подался вперёд, дренаж жалобно скрипнул. — Что ты знаешь о якоре?

— То, что Сердце Города требует носителя, — Морозов посмотрел мне прямо в глаза. — Огромное аномальное образование под нашими ногами генерирует разрушительный резонанс. Если не привязать его к биологическому объекту, подземная детонация разнесёт мегаполис к чёртовой матери. Мы искали якорь. Пациент Ноль должен был стать им. Но он сломался. А ты, Ким, ты ходячий метастаз. Твоя карцинома — это прямой провод к Сердцу.

Тут окна операционной содрогнулись. Вибрация прошла по полу, заставив хирургические лампы раскачиваться над столом. Лёгкий, едва заметный гул прокатился по стенам. Подземные толчки.