Онлайн книга «Проклятый Врач. Том II»
|
— Саша? — тихо спросила она. — Скальпель, — я сделал знак. Лезвие блеснуло. Разрез. Кожа. Подкожная клетчатка. Апоневроз. Я входил в тело мэра, как в знакомую комнату. Хирургическая техника была идеальна, доведена до автоматизма. Но мой мозг, усиленный Системой, обрабатывал данные о каждом слое тканей. Клетки мэра были странными. Они были слишком плотными, насыщенными чем-то тёмным. Кровь в сосудах имела лёгкий фиолетовый оттенок, который исчезал при контакте с кислородом, оставаясь лишь иллюзией на дне ран. Мэр был розеткой. Биологическим интерфейсом, через который аномалия под городом связывалась с политической системой. Каждое сокращение его желудочков совпадало с пульсацией под фундаментом здания. Он не просто управлял городом. Он транслировал ритм Сердца в каждое своё административное решение. Строительство новых кварталов над разломом. Перенос коммуникаций. Подготовка к пробуждению. Я вырезал грыжевой мешок, подшил сетку. Рутинная операция. Но Система не унималась. «АНАЛИЗ БИОРИТМОВ ПАЦИЕНТА. ПАЦИЕНТ ЯВЛЯЕТСЯ НОСИТЕЛЕМ АНОМАЛЬНОЙ МЕТКИ. РЕТРАНСЛЯТОР ВТОРОГО УРОВНЯ. ИНТЕГРАЦИЯ ЗАВЕРШЕНА НА 78%.» — Подаю иглу, — Лиза вложила в мою правую руку иглодержатель. Я начал сшивать апоневроз. Пальцы работали чётко, завязывая узлы. Но меня не отпускала мысль о клоне. Кто-то создал копию из моей крови, залил ей лицо кислотой и подкинул в морг. Кто-то, кто имел доступ к лаборатории и к моему телу. Мозг перебирал варианты. Козлов? Он мёртв. Дмитрий Борисович? Тоже. Кто-то ещё? Кто-то, кто был рядом. Морозов? Или… Голос отца в морге. «Тик-так, Доктор». Он знал, что я приду. Он ждал меня. И у него было моё лицо. Или моё лицо было у него. Эта мысль выедала мозг изнутри сильнее карциномы. — Пульс падает! — внезапно выкрикнул анестезиолог, глядя на монитор. — Давление падает. Я поднял взгляд. Линия ЭКГ заваливалась в прямую. Но не было фибрилляции. Желудочки просто перестали сокращаться с нужной частотой. Сердце мэра замедлялось, подстраиваясь под гул под землёй. — Адреналин, — скомандовал я, не отрываясь от шва. — Внутривенно, один миллиграмм. Анестезиолог воткнул шприц в порт капельницы. Пульс остался низким. «ДЕСИНХРОНИЗАЦИЯ РЕТРАНСЛЯТОРА. СЕРДЦЕ ГОРОДА ТРЕБУЕТ ПИТАНИЯ. НОСИТЕЛЬ ПЕРЕГРУЖЕН.» Я завершал шов. Нить стягивала края раны. Кровь почти не текла — сосуды были пусты. Кожа на шее мэра покрылась странной сеткой тёмных, фиолетовых вен. Точно таких, как на моей чёрной руке. — Шов завершён. Обработка. Повязка, — скомандовал я, стараясь скрыть дрожь в голосе. Анестезиолог потянулся к ручке подачи кислорода, чтобы вывести мэра из наркоза. И в этот момент кардиомонитор взвыл. Не сигналом тревоги. Он издал звук, похожий на электронный скрежет, модулированный на низких частотах. Прямая линия на экране сменилась хаотичным зигзагом. — Стоп! Не вводи налоксон! — рявкнул я на анестезиолога. — Пульс? — Линия… нет, пульс есть, — растерянно пробормотал анестезиолог. — Он есть, но… я не могу его прослушать. Я обошёл стол. Мэр лежал неподвижно. Грудная клетка вздымалась под управлением аппарата ИВЛ, но сердце не билось. Монитор показывал электрическую активность без механического сокращения. Электромеханическая диссоциация. Но Система трактовала это иначе. «КРИТИЧЕСКАЯ КОНВЕРГЕНЦИЯ. СЕРДЦЕ ГОРОДА АКТИВИРУЕТ РЕТРАНСЛЯТОР.» |