Книга Арлекин, император Луны, страница 60 – Анна Малышева

— Я говорю с тобой, а ты не слушаешь! — услышала она голос Максима.

— Задумалась, — отрывисто ответила она, отводя взгляд от люстры.

— У тебя усталый вид, — продолжал Максим. — Хорошо бы тебе отдохнуть от Москвы, хотя бы несколько дней. Ты ведь закончила свое пустяковое дело?

— Не таким уж оно оказалось пустяковым. — Александра была задета его небрежным тоном. — Возможно, мы ищем кое-что уникальное. Могу сорваться отсюда в любой момент.

— О-о-о… — обреченно протянул Максим. — Ну, понятно. Даже спрашивать ни о чем не буду. Просто Москва в это время года не самый очевидный город для отдыха.

Появилась горничная с подносом, на котором стояла бутылка коньяка и три пузатых бокала. Маргарита оживилась. Когда хозяин наполнил и галантно протянул ей бокал, женщина оценивающе понюхала коньяк и растянула полные, словно вывороченные губы в довольной улыбке:

— Отличная штука! За вашу удачу!

— Большое спасибо, — Максим приподнял в ответ бокал. — Удача всегда кстати.

Он сделал маленький глоток, а Маргарита, не торопясь, полностью осушила свой бокал. Максим встал и снова наполнил его.

— Хотя этот отель и не задумывался как бизнес-проект, — продолжал он, усаживаясь. — Это место… Оно когда-то приворожило меня, если можно так сказать. Я возвращался сюда и возвращался. Приезжал из Москвы по пробкам, и просто гулял по лесу. Взял у города эту землю почти в вечную аренду. Внезапно понял, что хочу здесь жить. И появился «Колядник». Все остальное создавалось для прибыли. А это место — для души.

Маргарита внимательно посмотрела на него. Перевела взгляд на Александру, не проронившую ни слова, на стоявший перед ней пустой бокал.

— А вы? — спросила она художницу. — Не пьете?

— Почти никогда, — ответила та, снова обращая взгляд на люстру. — Не обращайте внимания, пожалуйста.

Маргарита осушила и второй бокал, ничуть не опьянев, во всяком случае, с виду. Вслед за Александрой посмотрела на потолок.

— Вам нравится эта люстра? — спросила она.

— Не очень, — честно ответила художница. — Рыночное изделие. Такие продаются на всех стройрынках вдоль шоссе. Просто я вспоминаю, как полгода назад сидела в этой самой столовой, и одна девушка при взгляде на эту люстру догадалась, что это солнечный славянский символ, колядник. Как и весь отель. Это здание — центр, от него расходятся под одинаковыми углами восемь дорожек, восемь лучей. Эта девушка, кстати, тоже была антропологом.

— Была? — уточнила Маргарита.

— Да, — откинувшись на спинку стула, Александра посмотрела на Максима. Тот медленно, с отсутствующим видом потягивал коньяк. Его бокал почти не пустел. — Она училась на антрополога, готовилась к экзаменам. Потом случилось несчастье. Сейчас она больна.

— И что же с ней стряслось? — поинтересовалась Маргарита.

Александра встала:

— Да ничего хорошего. Максим может рассказать об этом куда больше. Я пойду прогуляюсь.

Когда она вышла на крыльцо, солнце стояло совсем низко. В его косых оранжевых лучах плясали ослепительные мошки. Ворота были настежь открыты. Александра обогнула дом, оглядела лужайки. Заметила блондинку — та уже переоделась, сменив вечернее платье на шорты и майку. Молодая женщина разговаривала по телефону, ожесточенно жестикулируя. Рядом с одним из домиков в шезлонге лежал парень, мать которого так рьяно добивалась конной прогулки. Больше никого видно не было.