Книга Чесночные баллады, страница 158 – Мо Янь

Гао Ян глядел на начальницу не моргая. Начальник спросил:

— Номер 9, полакомиться вздумал? – Начальник многозначительно кивнул начальнице. – Сестрица Го, ты с ним поосторожнее.

Начальница спокойно посмотрела на Гао Яна.

— Как у него бегают и блестят глаза! Садись сюда.

Гао Ян устроился на табуретку, от запаха начальницы он позабыл, как у него болели опухшие ноги. Начальница набросила ему на плечи накидку с прилипшими к ней сплошным слоем остатками волос. Мягкая, теплая кожа начальницы легонько коснулась спины Гао Яна, и тело его накрыл такой дурман, что он почувствовал, как ужимается до микроскопических размеров. Начальница щелкнула его по шее.

— Голову вверх!

Гао Ян покорно поднял голову. Железные зубцы машинки вцепились в волосы, покалывающий ток пронесся по всему телу. У Гао Яна перед глазами запрыгали цветочки, а в ушах защебетали птицы, и он подумал: такая важная дама мне голову бреет, могу хоть сейчас сдохнуть – с меня и этого довольно.

— Вставай, долго собираешься рассиживаться? – поинтересовалась начальница.

Гао Ян будто ото сна очнулся и поднялся.

Начальник распорядился:

— Собери волосы.

Гао Ян собрал волосы в жестяной совок.

Начальник приказал:

— Выноси.

Гао Ян взял совок и покинул камеру, начальник вышел за ним, наблюдая за тем, как Гао Ян забрасывает остатки волос в бамбуковую корзинку посреди прохода, та уже была наполовину полна волосами: и седыми, и рыжими, и черными, и светлыми.

По возвращении в камеру Гао Ян увидел, как желтолицый Смертник руками в кандалах мял грудь начальницы. Тут же мысли Гао Яна переполнились скрежещущей ненавистью к Смертнику. От невозмутимо-спокойного выражения лица начальницы сводило зубы. Начальница улыбалась, опустила голову, разглядывая руки Смертника, и мягко приговаривала:

— Прекрати, больно. – Рот Смертника широко отворился и зашелся кашляющей одышкой. – Хватит уже! – сказала начальница, выбрасывая вперед прятавшееся под белым халатом колено и одновременно острыми зубьями машинки врезаясь в совершенно лысую голову Смертника. Тот упал лицом к Небу, тотчас же свернулся, руками придерживая низ живота. На золоченном лбу проступил холодный пот.

Подошел начальник, пнул Смертника в зад и прикрикнул:

— Лягушонок позарился на лебяжье мясо!

— Перед смертью чего только не взбредет в голову! – заявила начальница.

Ранним утром следующего дня другой начальник привел в камеру смертников хилого повара.

Начальник объявил:

— Номер 1, если чего-то хочешь съесть или выпить – сообщи наставнику Суню.

Смертник замер, а потом сказал:

— Ничего мне не нужно от вас, выблядков, которые сами хурму жрут, а еще мнут ту, что помягче. Если меня надо отдать под расстрел, то сына секретаря Ли надо было уже расстрелять с сотню раз!

Начальник отозвался:

— Жалобу твою оставили без рассмотрения, приговор первой инстанции в силе.

Смертник удрученно повесил голову.

Начальник продолжил:

— Ладно, не горюй, если хочешь есть – говори скорее, за этой деревней трактира уже не будет. Мы к тебе проявляем революционный гуманизм.

Почтенный наставник Сунь подал голос:

— Дружище, не молчи, отправляться на тот свет лучше с полным желудком, дорога до Желтого источника длинная, не наешься сейчас – неизвестно, сможешь ли пройти ее до конца.

Смертник тяжело вздохнул, поднял голову. Взгляд у него был рассеянный, в чертах лица угадывался зачарованный блеск.