Книга Его дочь, страница 23 – Кьяра Маркелли

Она смотрит на меня, скорчив гримасу, которая появляется у нее на лице, когда ей что‑то нужно:

— Мне надоело.

— Нам тоже. Но мы все равно ждали тебя.

Арно берет дочь за руку.

— Посмотри спокойно без нас, – говорит он мне, – а мы подождем тебя на улице.

Они направляются к кассе. Пока Арно расплачивается, Эмма трогает выставленные у кассы магниты. Я делаю над собой усилие, чтобы прочитать хотя бы информацию на обложке, и бросаю книгу обратно на стол. Стоящая рядом девушка оборачивается.

— Ты уже все?

— У тебя звонит телефон.

Арно ищет в кармане телефон, приглядывая за Эммой, которая ищет в пакете банку с лизуном. Открывает, показывает мне.

— Что ты будешь с ним делать?

Она, кажется, не понимает:

— Как что? Играть.

— Это Шарлотта, – говорит Арно. – Она забыла, что Эмма сегодня приглашена на день рождения и останется у подруги до понедельника. Шарлотта заедет за Эммой через час.

— И что?

— Ничего. Отменить нельзя, это ее лучшая подруга. Эмма, нам пора домой, за тобой приедет мама, отвезет к Хелен. Положи эту штуку обратно в пакет.

— А мы не можем ее отвезти?

— Шарлотта оставила у меня кое‑что, а потом ей нужно забрать еще одну девочку. Я ни хрена не понял.

— Ты сказал «ни хрена».

— Прекрати.

Он злится. Это были выходные, которые он хотел провести с дочерью. К тому же я наконец‑то согласилась к ним присоединиться. А я не могу поверить, что мы останемся одни! Радуюсь тайно, как в детстве, когда можно было не ходить в школу, потому что вдруг поднялась температура.

Пока Арно собирает вещи дочери, Эмма занята своими татуировками. К приходу Шарлотты она нацепила еще и парик.

— Посмотрите на нее… Ты так и пойдешь?

Эмма показывает матери свои татуировки.

— Настоящая пиратка! Могу я пройти? – спрашивает Шарлотта у Арно, тот молча отходит в сторону. Шарлотта здоровается со мной, открывает шкаф и что‑то достает.

— Извини, – мимоходом говорит она Арно и берет рюкзак Эммы.

— Почему бы тебе не записывать ее расписание?

— Ты прав, – отвечает Шарлотта, – я запуталась. Бывает.

— Мы давно уже об этом говорим.

— Я же сказала, мне жаль, что так вышло. Хорошо ли вы провели утро? – улыбается Шарлотта подбежавшей Эмме.

— Отлично!

— Пока, Эмма, – наклоняется Арно попрощаться с дочерью.

Она слабо обнимает отца, поглощенная собой.

— Попрощайся с Ливией.

Эмма из коридора кричит безадресное «пока» вглубь квартиры.

— Как я выгляжу? – спрашивает она мать.

— Супер! Суперстар!

Я улыбаюсь, машу Эмме рукой, а про себя думаю, что выглядит она по‑дурацки.

Едва за ними закрывается дверь, я иду на кухню сварить кофе, пока Арно наводит порядок в комнате. У меня отличное настроение, но я стараюсь этого не показывать.

Выбрасывая остатки кофейной гущи в мусорное ведро, замечаю тост.

— Наверное, был вкусный.

Арно поворачивается:

— Почему ты не сказала, что тоже хочешь? Я бы тебе оставил.

— Или мог бы приготовить и мне тоже, – улыбаюсь я.

— Ты меня не просила, – отвечает он сухо.

Мне следовало бы понять, что это усталость, досада. Не обращать внимания. Но я возмущена! Как ему в голову пришло предлагать мне объедки после Эммы?

— Нет, я тебя не просила.

Взгляд Арно меняется: в нем появляется нетерпимость, которую я стала иногда замечать.

— Ты злишься, потому что я не приготовил тебе французские тосты?