Книга Девушка из номера 11, страница 80 – Рут Уэйр

— Миссис Блэклок, подошла ваша гостья.

Обернувшись, я окинула взглядом стоящую рядом с официантом высокую блондинку и, присмотревшись, ахнула: Кэрри! Парик был тот же самый, который она использовала в поезде для образа беременной девушки, но теперь Кэрри уложила его совершенно иначе. Вместо растрепанного пучка низко на затылке, наспех закрепленного заколкой из крокодиловой кожи, на ее плечи волнами ниспадали длинные золотистые локоны, а макияж подчеркивал темные смешливые глаза и высокие скулы. Оделась Кэрри в черное платье с запа́хом – внешне совсем простое, однако я навскидку могла сказать, сколько оно стоит. Точно больше тысячи долларов. Серьги с настоящими сапфирами, кольцо с огромным камнем – кинозвезда, да и только! Если Кэрри желала стать максимально незаметной, она потерпела сокрушительную неудачу.

— Прости за опоздание, милая Ло, – защебетала она с безупречным калифорнийским выговором. – На дорогах жуткие пробки!

— Э-э-э… – Интересно, как к ней обращаться? Назвать ее «Кэрри» будет верхом глупости. – Ничего страшного.

— Могу ли предложить вам напитки, миссис…

— Миссис Дарнуэлл, – очаровательно улыбнулась официанту Кэрри. – Можно просто Андреа. Да, напитки… Принесите нам шампанского и два фужера.

Как только на столе возникла бутылка, Кэрри отодвинула в сторону мой бокал с мартини, и сомелье до краев наполнил наши фужеры. Дождавшись, когда опустится пена, Кэрри подняла свой.

— Ну что, дорогая? За побег!

— За побег, – повторила я.

В груди у меня зародился смех – неудержимый, абсурдный, почти истерический. Не сразу поняла его причину – наверное, только сейчас мне стало действительно легко, и я наконец испытала восторг от нашей невероятной смелости, от того, что нам с Кэрри удалось совершить. Шансы стремились к нулю, и все же она смогла. Мы обе смогли. Кэрри улизнула из-под носа одного из самых могущественных людей Европы навстречу новой жизни. Моя совесть была чиста, старый долг выплачен. После сегодняшнего великолепного праздничного вечера я вернусь к своим обычным делам и никогда больше не позволю втянуть себя в нечто подобное.

Однако сегодня вечером я собиралась получить удовольствие.

Отбросив волосы за плечи, я выпрямилась, и мы, сдвинув с легким звоном фужеры, посмотрели друг другу в глаза.

Кэрри пригубила шампанское, а затем, не отводя от меня взгляда, выпила его несколькими большими глотками.

Поставив пустой фужер на стол, она запрокинула голову и засмеялась.

— На самом деле я пила за тебя, дорогая. За лучшего друга в моей жизни. За женщину, за которую я, можно сказать, в свое время умерла. За великолепную Ло Блэклок!

За великолепную Ло Блэклок… Мне понравилось, как это звучит, и я не смогла сдержать довольную улыбку.

— За меня…

Я выпила. Шампанское подействовало, как всегда, сильно, принеся с собой волну возбуждения, пробежавшую по позвоночнику и оставившую странное ощущение невесомости. Поставив фужер, я задумалась над словами Кэрри. Неужели у нее действительно никогда не было друга лучше? Мы ведь, пожалуй, провели вместе всего десять – уж точно не больше двадцати – часов, и это считая то время, что она проспала в «Евростаре». Мне стало грустно: похоже, ей совсем не на кого рассчитывать, если она за такой короткий срок решила, что на меня можно положиться, как ни на кого в мире.