Книга Рядом с солью, страница 94 – Кэтрин Ваз

Люси напевала что-то похожее на гимн, раздевая и купая Мэри. Та сказала:

— У тебя была трудная жизнь, – на что Люси ответила:

— Это все сгинуло, как бешеная собака, все кончено. Я счастлива, но это не значит, что порой я не оказываюсь в колодце.

Мэри подарила ей всю свою вышивку, и когда Люси сказала, что не может ее принять, Мэри взмолилась:

— Я бы хотела, чтобы ты их взяла, пожалуйста.

На следующее утро она заплатила по счету, обняла Люси Брэттл, Эдди и еще нескольких женщин и вернулась в поместье Мура. Неужели она действительно собиралась расставлять товары на полках в бакалее Мейси, а потом ковылять в общежитие, чтобы с риском для жизни есть белый соус, приготовленный из бумаги? В противостоянии с Эдвардом она гарантированно проигрывала. Это ее бесило, и она снова подумала о том, чтобы забраться в фургон, отправляющийся в Калифорнию, и выращивать свои растения на Западном побережье, но еще она восхищалась нежеланием Уорда ее умолять. Когда Эдвард увидел ее во дворе, они обменялись сдержанными приветствиями.

А затем он отвез ее в банк Сангамона, чтобы открыть счет на ее имя. Женщины не могли сделать этого без подписи мужчины.

— Я бы хотел, чтобы ты не проводила отпуск вдали от дома, Мэри, – заметил он, – и осмелюсь сказать, я сильно скучал по тебе. Я высказался грубо, и мои слова про Джона были несправедливы и мучили меня. Он выучил третий язык и заботится о детях. И о тебе. У него приятная внешность, и он преданный. Он изобретателен, самоучка в науке. Вы оба приехали издалека и пережили невзгоды, которые я не могу себе представить.

Она извинилась за то, что не оценила его более масштабные взгляды на бизнес и инвестиции, и не должна была сходить с ума из-за женщин, с которыми общается Уорд.

— Нет, ты права. Я дам знать Гертруде, дам знать всем, что ты можешь входить в мой дом, когда пожелаешь, и никому не разрешено посещать оранжерею без твоего согласия. Я должен был спросить, можно ли взять черенки. Мне было любопытно, сколько из них выживет на ферме. Я действительно хотел сделать приятный сюрприз. Я уже нашел другого дистрибьютора. Леонарда Отто из «Отто и Уортон». Больше никаких Дитерманов.

— Мод расстроится.

— Мне все равно. Мне больно, когда ты рядом, но еще хуже, когда тебя нет. – Когда он упомянул, что у него есть для нее рождественский подарок, она взмолилась:

— Уорд. Пожалуйста. Ты открыл для меня банковский счет. Ты делаешь для меня слишком много.

— Тебе он понравится.

Она взяла его под руку, как в тот первый визит в разгар зимы больше года назад. На столе в холле его дома лежала посылка. Она уронила обертку, снег из мятой бумаги. Это были щипцы для орехов: металлические, в форме тукана, – и она разразилась взрывом хохота.

— Спасибо, Уорд. Не стоило.

— Я не смог найти попугая.

Она поцеловала его в щеку, заставив вздрогнуть.

— Я забыла подарок для тебя, – сказала она.

— Ты только что подарила мне лучший подарок, на который я мог надеяться. Если это значит, что ты прощаешь меня.

На что она ответила: «Да».

* * *

Это всегда напоминало медитацию: Мэри месила почву обеими руками, просеивая, разбивая комья и волокна, устраивая пир для дождевых червей, чтобы корни могли развернуться. Она не слышала, как кто-то вошел в оранжерею.

Мэри дернулась, когда Гертруда схватила ее за голову и ударила о грядку высотой по пояс, крича «грязная ябеда» и вдавливая лицо Мэри во влажные комочки, пока ее рот, и глаза, и нос не наполнились грязью. Она замахала руками, но Гертруда надавила сильнее, схватив Мэри за волосы. Мэри спасло воспоминание о том, как Джон задерживал дыхание – без воздуха можно выжить, – но, запаниковав от приближения небытия, она нанесла удар ногой по колену нападавшей. Это не помогло… Мэри задыхалась, теряя сознание, но почувствовала какую-то борьбу, которая помогла ей освободиться. Гертруду кто-то схватил и оттащил, и Эдвард взревел: «Ты что, сошла с ума?» Мэри с маской из земли на лице увидела, как он схватил Гертруду за локоть, пока к Мэри бежала Пет, – она глотнула влажный воздух, держась за край грядки, прежде чем соскользнуть вниз.