Онлайн книга «Рядом с солью»
|
* * * Кто моя мама? Твоя мать живет на дне моря. Она ухаживает за грядками, где песок проникает внутрь устриц и раздражает их, превращаясь в жемчуг. Мама, обеспокоенная тем, что Мария Катарина боится темноты, приходит поиграть по ночам. Соленая вода заполняет комнату Марии до потолка, ее шея трескается, выпуская жабры, как у мамы, и они кувыркаются, расческа и садовые башмаки парят, платья и статуя святого Франциска кружатся в танце. Каждое утро этому есть доказательство – мерцание отлива, отступившего из ее комнаты, и мокрая нить, связывающая губу Марии с подушкой. Мастерство папы в плетении лоз помогает ему заплетать ей волосы. Он называет ее «Кэт», сокращенно от «Катарина». Еще это английское слово для их фамилии Гато – кот. Им нравятся питайи, бананы и мангольд, красный, желтый, зеленый. Он хвалит то, как она сеет семена моркови – каждое меньше сердца блохи. Они пульсируют, она это чувствует, кончик пальца проталкивает их на два с половиной сантиметра вглубь земли. Эпифитные орхидеи пугают, потому что их корни цепляются за воздух, но она общается с дождевыми червями, совком и руками обрабатывает почву, пока та не становится похожей на голландское какао. Она удобряет участок с гортензией лавовой пылью, так, чтобы цветы стали ярко-фиолетовыми. Они украсят фестивальные накидки на праздниках. Она ложками заливает уксус в раскрытые рты земли, пока другие девчонки кормят кукол, что глупо, потому что куклы не живые, а земля – да. Она с другими работниками Ботанического сада вычищает фасолины-фава из стручков, где они лежат, как перидоты на мягкой подкладке в шкатулках для драгоценностей. Островитяне говорят «Favas!», когда имеют в виду что-то смешное, и она находит это забавным. — Это моя мама? – спрашивает она, указывая на галеонную фигуру[5] корабля. — Favas, Кэт-Кэт! – отвечает отец, что гарантированно вызывает у нее ликование. — А эта сеньора с родинками? — Favas, твоя мать добывает жемчуг в море. — Это сказка для малышей, папа. Просто скажи мне правду, скажи, скажи. Она воображает, что ее мама пишет книгу в замке, залитом солнечным светом, который плавит слова. Так они станут понятны любому читателю, которому попадется ее история. * * * Однажды на рассвете Ткачиха ангелов загоняет Аугусту в угол и шипит, что ей нужно больше денег за молчание о родном отце девочки. Он хватает топор и угрожает разрубить Тесси пополам, если та приблизится к его дочери, и ее ухмылка, когда она уходит, мучает его. Одна из худших сторон жизни заключается в том, что человек занимается своими делами, хочет, чтобы его оставили в покое, одного, ради Бога, и вдруг некие силы приходят, чтобы толкать его, тыкать и мешать. О Meu Mais Do Que Tudo, та, что превыше всего, где мне спрятать тебя, на каком конце земли? Чтобы отвлечь Марию Катарину от расспросов о матери, томящейся в заточении, Аугусту обращается за помощью к садовникам Эдите и Альберту Тейшейра, потерянным оттого, что оба их сына уехали в Америку. Альберту создает кошку-топиарий в честь прозвища Марии Катарины. Вместе со своей тетушкой Эдите Мария готовит рисовый пудинг, посыпанный корицей, учится английской вышивке и шитью белыми нитками по-гимарайнски, вытягивает нити из ткани, чтобы создать ришелье – так, словно занималась этим уже сто лет. Это странно и волнующе: она чувствует, что рождена для этого. И даже в таком юном возрасте подозревает, что девочки могут прожить всю жизнь, не узнав, как примирить то, кем они рождены, с тем, что они делают, – а она сама уже связана с садоводством и вышивкой: каждой частичкой своей плоти, своими легкими. Она убеждает себя, что ей хорошо без ровесников, это избавляет от необходимости извиняться за то, кто она есть. Она совершенствуется в вышивке витыми стежками, используя иглу модистки, у которой конец с ушком такой же тонкий, как и острие. «У тебя дар», – мурлычет Эдите. Мадейрская вышивка изысканная, известная на весь мир, но в каждом поколении рождается лишь несколько мастериц от Бога. Хотя у каждого часто кто-то из близких обладает талантом – даже мужчины. Именно они в домах пришивают пуговицы к одежде. |