Книга 19 лет убийств, страница 71 – На До

— Все в порядке, не волнуйтесь, я просто с вами побеседую, говорите как есть, это дело к вам не имеет отношения, я просто хочу разобраться в ситуации.

Он специально говорил грозным тоном, и действительно, Фэн Вэньчан, хотя и выражал всем своим видом желание сбежать, все-таки полностью ответил на все вопросы.

В то время он мечтал поухаживать за Лю Сюй, поэтому очень серьезно отнесся к ее просьбе, анализ сделал тщательно, к тому же воду легче всего тестировать, поэтому и когда девять лет спустя Го Кай начал его расспрашивать Фэн Вэньчан с полной уверенностью ответил, что в воде ничего не было, она была безопасна. Го Кай уже хотел перевести тему на Вэнь Сюцзюань, как неожиданно нащупал новую ниточку. Еще до того, как Лю Сюй попросила проверить воду, та тоже обращалась к кому-то с просьбой сделать химанализ. Она хотела изучить волосы и ногти, и хотя не говорила, чьи именно, но все догадались, что, скорее всего, ее собственные. Она тогда тоже попросила одного старшекурсника, который мог пользоваться оборудованием химической лаборатории. Результат показал, что все в норме, но Вэнь Сюцзюань осталась им недовольна. В группе целевиков, где она училась, как раз был один студент, который проходил практику в лаборатории, и, естественно, старшекурсник попросил его выполнить часть работы. В результате Вэнь Сюцзюань сказала: «Ты не должен был поручать это кому-то другому». Такие обвинения в то время были не обоснованы и в итоге огорчили всех. Кто был тем практикантом, Фэн Вэньчан не смог сказать. При встрече Го Кай спросил об этом у Лю Сюй, она что-то такое вспомнила и сказала, что это, наверное, был Цю Юань или Ма Дэ.

Го Кай все это время держался и к однокурсникам Лю Сюй не ходил. Он думал, что сначала хорошенько подготовится, не надо пока привлекать их внимание. Смерть Вэнь Сюцзюань стала душевной болью для всей группы целевиков, и при обычных обстоятельствах никто не хотел о ней говорить, поэтому Го Кай планировал атаку на эти позиции в самом конце, что не помешало ему не напрямую выяснить, кто из них кем стал. Чжан Вэньюй был основным сотрудником терапевтического отделения, родом из Шанхая, из обычной семьи, по характеру экстраверт, обладал привлекательной внешностью, что притягивало к нему медсестричек. Цянь Му работал в отделении нейрохирургии, родом из Шанхая, его родители – интеллигенты, обладал открытым характером, достиг более высоких успехов в медицине, чем Чжан Вэньюй. Два года назад он и Лю Сяою поженились, среди одногруппников, кроме этой пары и Фэй Чжигана, все остальные по-прежнему оставались одинокими. Лю Сяою была родом из Харбина, по характеру – живая и приветливая, она разговаривала или что-то делала, словно ураган, рвущийся вперед, однако пациентам гематологического отделения нужно соблюдать тишину, поэтому она зачастую начинала говорить громко, потом спохватывалась и приглушала голос, из-за чего коллеги постоянно над ней подтрунивали. Чжань Вэньвэнь родом из Уси, работала заместителем заведующей педиатрией, у нее жесткий характер, но с детьми она необычайно терпелива. Цю Юань работал в отделении хирургии, родом из Сюйчжоу, – самый замкнутый и нелюдимый из всей группы, опасался контактировать с людьми. Чжао Цинь родилась в известной семье шанхайских врачей китайской традиционной медицины, но сама никогда этим не занималась, стала нейрохирургом; по характеру спокойная, уравновешенная, они с Цю Юанем были самыми читающими в группе. Сы Лин – из семьи с достатком, у них был свой завод в Вэньчжоу, она была щедрой и любила угощать друзей, во время учебы вела себя немного надменно, но после того, как стала работать врачом, это практически не ощущалось, отчего крепли ее отношения с людьми; работала она в инфекционном отделении. Ся Люли производила впечатление благовоспитанной и робкой девушки, разговаривала вполголоса, словно была должна кому-то денег; больные ее любили, эта доктор из Шанхая казалась им особенно мягкой, она тоже работала в инфекционном отделении. Все эти люди, какими бы по характеру они ни были – экстраверты или интроверты, имели исключительно хорошую репутацию, на них редко жаловались пациенты, а если такое случалось, то в этом была не их вина. С точки зрения профессиональной этики они все были образцами «ангелов в белых халатах», и если кого-то из них назвать убийцей, то это прозвучало бы как какая-то невероятная история из «Тысячи и одной ночи».