Книга Рыцарь, женщина и священник. История брака в средневековой Франции, страница 64 – Жорж Дюби

По другим поводам, однако, эти системы морали порой расходились. Сторонники реформы призывали первым делом очистить брак от всего плотского. Для того чтобы окончательно одержать верх над еретиками, епископам пришлось вновь взяться за эту тему. В первых рядах выступили, разумеется, монахи, традиционные хулители земного мира. Их голоса раздавались громче других: брак может и должен быть целомудренным, никакого вожделения в супружеской спальне быть не должно. Они прилагали усилия и к тому, чтобы снизить символическое значение брачной ночи, возвышая, напротив, роль обручения, демонстрирующего единение душ. Монахи подчеркивали, что в основе брака лежит единение воль, взаимное согласие, «любовь к ближнему». После быстрого «схождения в ад», то есть зачатия ребенка, супругам полагалось жить друг с другом в духовном братстве, мало отличающемся от того, что превозносили ересиархи. К этим требованиям блюсти целомудрие добавились попытки клириков контролировать процесс заключения брачных договоров. Брак мало-помалу переходил в сферу духовного, а значит, под власть священников. Запрет тайных браков нашел поддержку среди глав знатных родов, но вопросы, касающиеся уже устроенных союзов, напротив, вызывали их раздражение: разве жених уже не был женат, не имел сожительницу? Разве он не приходится свойственником невесте? Подобного рода расследования и их результаты стесняли власть главы рода. С ходом же реформы церковные власти становились все более назойливыми. Дело дошло до того, что, на этот раз осознанно порвав с каролингской традицией, они заявили, что им одним принадлежит право выносить решения по вопросам брака^[127]. Первые свидетельства о таких исключительных притязаниях клириков относятся в Северной Франции к периоду около 1080 г.

К тому, чтобы завладеть судебными полномочиями, глав Церкви постепенно подготовил процесс «феодализации» – концентрации власти в руках сеньоров. В течение XI в. многие епископы и аббаты приобретали сеньориальные полномочия. Потеснив светских конкурентов – «адвокатов»^[128], графов, сеньоров замков, – они получили возможность отправлять судебную власть над зависимыми от них людьми во всей своей полноте, выносить решения и по ряду гражданских дел. Похищение и супружеская неверность тоже относились к числу последних, но, постоянно вмешиваясь в процесс расследования подобных преступлений против брачных законов, клирики в конце концов добились того, что эти преступления были перенесены в ведение, как выражался епископ Герард, «людей Бога». За регулярной судебной практикой скрывался захват «законов человеческого обычая» «божественным законом». Впрочем, перевести эти вопросы в свою компетенцию епископов подталкивало в первую очередь упорное сопротивление женатых священников: необходимо было приложить все усилия, чтобы маргинализировать несогласных, выдавить их за границы закона – и, соответственно, получить возможность их судить. Первыми, кто, нарушив законы брака, предстал перед трибуналом, состоящим исключительно из духовных лиц, были непокорные каноники, отказывавшиеся разводиться с женами.

Борьба с николаитством, как я говорил, была ожесточенной. Она требовала от епископов сплотиться под руководством папы. Концентрация морального авторитета, духовной власти (auctoritas) неизбежно приводила к снижению discretio pastoralis – способности прелатов назначать наказания в своем диоцезе по своему усмотрению. Пенитенциалии выходили из употребления. Знатоки права разыскивали в библиотеках разнородные своды канонов и пытались их объединить, создать универсальный закон, который не был бы таким же пластичным, как «человеческий обычай», но строгим, как «божественный закон». В соответствии с ним брак отодвигался на самую границу допустимого, помещался на грань, отделяющую спасение от проклятия. Закон не отрицал брак полностью, как в 20-х гг. XI в. это делали ересиархи и как продолжали это делать постоянно возникающие новые секты, – его целью было сакрализировать институт брака, закрепляя тем самым право Церкви его контролировать и переводя его в ведение специалистов по каноническому праву.