Книга Рыцарь, женщина и священник. История брака в средневековой Франции, страница 26 – Жорж Дюби

В существовании двух моделей сожительства легко убедиться, если проследить за тем, как поступал Карл Великий, – впоследствии, хотя и гораздо позже, его образ действий будет канонизирован. У императора были дочери, но он не выдавал их замуж из опасений чрезмерно увеличить число претендентов на престол. Он держал их дома, в своем Munt, в своей власти. Он, однако, позволял им вступать во Friedelehe, но его внуки, появившиеся на свет от этих союзов, не обладали всеми теми правами, которые получали его внуки от законных браков. Сам же император, помимо четырех законных супруг (с одной из которых он тут же развелся, а три другие умерли) и как минимум шести любовниц (недолговечные и непубличные отношения с которыми он поддерживал в периоды безбрачия), имел и одну Friedelfrau – Химильтруду, – которую он взял еще до того, как вступил в первый полноценный брак. Папа Стефан II признал их союз легитимным. Мальчик, родившийся у них, получил династическое имя Пипин, отмечавшее его как наследника престола. Тем не менее, распоряжаясь в 806 г. о разделе своего имущества, Карл не внес Пипина в число законнорожденных сыновей и тем самым лишил его власти. Пипин воспротивился отцу, но в итоге был заключен в монастырь, подобно настоящим бастардам – плодам старческих прихотей. К несчастью для него, последующие Muntehen – полноценные браки – тоже принесли Карлу сыновей.

Подобный вид брачных союзов, Friedelehe, использовался охотно: письменные источники показывают, что он был весьма распространен среди аристократии северо-востока Франции X–XI вв. Скандинавская миграция в этот регион, вероятно, придала ему дополнительный импульс – во всяком случае, в источниках он известен как брак «по датскому обычаю». Вот что о нем пишет – несколько позже, в 1040–1048 гг. – Рауль Глабер в IV книге своей «Истории»: «С тех самых пор, как нормандцы прибыли в пределы Галлий, почти все их принцы рождались от нелегитимных союзов. [От подобного брака был рожден, в частности, Вильгельм Завоеватель: его мать «по датскому обычаю» вышла за нормандского графа Роберта, и по этой причине Вильгельм был известен как Бастард. Впоследствии его мать стала законной супругой виконта де Контевиля.] В таком обычае, впрочем, нет ничего слишком предосудительного, если вспомнить о том, что Иаков имел сыновей от наложниц». [Рауль – монах, его мораль ригористична. Тем не менее он не считает, что подобные союзы достойны осуждения, а рожденные в них дети должны лишаться законного статуса. В Ветхом Завете он обнаруживает матримониальные практики, мало соотносимые с советами епископов. В некоторой степени это представляло проблему: панегиристам необходимо было проявлять осторожность, уподобляя каролингских королей Соломону или Давиду, а те, кто вступал в конфликт с Церковью по поводу вопросов брака, могли без труда привести библейские цитаты, подкрепляющие их позицию.] Он продолжает: «От наложниц Иаков имел сыновей, которые несмотря на происхождение унаследовали все достоинства отца не в меньшей степени, чем их братья, и получили титул патриарха. Не нужно забывать и о том, что во времена Империи Елена, мать римского императора [Константина], тоже была наложницей». Как бы то ни было, подобно детям Friedelfrauen во франкскую эпоху, дети, рожденные в браке «по датскому обычаю», в X–XI вв. считались наследниками второй очереди. Вильгельму Бастарду пришлось с оружием в руках отстаивать право наследовать своему отцу, а Филипп I, беспокоясь о продолжении королевского рода, как я уже говорил, всеми силами стремился придать легитимность своему браку.