Книга Постановка взгляда. Михаил Угаров о театре, в котором не играют. Лекции, семинары, интервью, страница 55 – Елена Ковальская, Михаил Угаров, Иван Угаров

Человеческая речь строится из словоблоков. (рисует на флипчарте) Вот, допустим, один словоблок. То есть одна тема долго-долго развивается, человек знает, про что говорить, и вот здесь она заканчивается. И человек переходит на второй словоблок. Рассказывает, как они работали день и ночь, падая от усталости. А вот здесь рассказывает, как они веселились, пили и гуляли, и любили друг друга, и как было весело в их молодости. Вот то, что нам рассказывали. Самое интересное происходило на стыках. Вот где тайна, вот где происходит наша работа. Видите стык? Здесь находится самое интересное у человека. Условно это можно назвать «пульпа». Как волокнистая ткань в зубе.

«Пульпа» – самое интересное. Это нормальная, обычная человеческая речь. Обстоятельства – «Я здесь, сейчас». В этих обстоятельствах порождается честное речевое существование человека. Это условное название – «пульпа», я не знаю, как иначе назвать это.

Когда мы берем интервью – с диктофоном, либо когда мы снимаем на камеру – то поначалу возникает разность речевая, и у нас воля на волю сталкиваются. Мы пытаемся достать сегодняшнюю, честную, нормальную, ежесекундную жизнь. А нам подсовывают жизнь протокольную.

На стыках у этих стариков проскакивало. Вот там потрясающе! Словоблоки – мы еще называем на сленге документальном «караоке», когда человек встает и начинает говорить: «Я в тысяча девятьсот бла-бла-бла…». «Караоке» кончается, дальше – бздынь! – и идет «караоке» номер два. Вот, нужно успеть попасть в интервал. У них это происходило время от времени. Вдруг один задумчиво говорит: «А мэр наш ворует!». (смех в аудитории) И все на него так: «Что такое, тс-с-с!» – «Да я так, просто», и переходил на новый словоблок. Или они про магазины в стыках говорили, про болезни, что поликлиника плохая, лекарства дорогие. А в официальных речах все хвалили: «Живем хорошо, нам всего хватает…».

Вот эту «пульпу» мы можем расширять. Люди ж хотят этого! На самом деле они хотят говорить, что чувствуют, но говорят, что нужно.

Каким путем расширять эту «пульпу»? Путем постановки в тупик, путем неожиданного, внепланового вопроса, путем перевода на совершенно постороннюю тему. И человек сбивается. Потому что у него есть внутренний сценарий разговора, а тут что-то идет не так.

Этой этой техникой хорошо Саша Родионов владеет. Я уже рассказывал про его знаменитый вопрос заводским рабочим: «Часто ли вы охуеваете?» Еще он на заводе к рабочим подходил и вежливо спрашивал: «Скажите, как работа на заводе изменила ваше тело?» (смех в аудитории) Один рабочий нашелся, показал руку, а там трех пальцев нет.

К чему я это говорю? Мы рассказывали свои истории. Теперь мы займемся разговорами с реальными людьми. Выйдем на улицу и на улице будем разговаривать.

Возможен устный вариант – когда вы слушаете, потом по горячим следам садитесь и быстро записываете. Этот вариант не самый точный, не документальный, но для упражнения он годится.

Второй вариант – диктофон.

Если вы записываете на камеру, то это вообще идеально.

Теперь – тема. Мы посмотрим, как пойдут ваши первые опыты, и решим: может быть, это будет коллективная курсовая работа.

Тема такая: «Кулички». Город, улица, район, в котором мы находимся. Район, где находится наше здание, называется Кулишки. Кулишки – что это такое? Это от древнерусского слова «кулига». «Кулига» – это дальние поля, выселки, короче говоря, за МКАДом. (смех в аудитории) Так и было, потому что был город Кремль, был Белый город, а где мы сейчас находимся, это считалось «у черта на куличках».