Книга Обнулённый 4, страница 73 – Макс Гато, Виктор Рэн

— Ульрих должен стать твоим советником, — поставил условие я.

Лилиана положила перо на стол и очень выразительно на меня посмотрела.

— Ты хоть понимаешь, о чём просишь? — произнесла она. — Ульрих воевал против нас в Девятой компании. Он убивал людей Красса, и, вполне вероятно, среди них были люди моего деда.

— Девятая компания была тридцать зим назад, — ответил я. — С тех пор между Крассом и Айронмаршем держится мир, пусть и на честном слове. Никто его не нарушал, и никто не собирается ворошить то, что случилось до рождения нас обоих.

— Приговор моего деда не отменён, — настаивала Лилиана. — Ульрих до сих пор считается изгнанником, и в бумагах дома Блэквудов его имя стоит рядом со словом «враг».

— Твой дед мёртв. Твой отец в темнице Талвега, — напирал я. — Единственный человек, который может отменить этот приговор, сидит сейчас передо мной и держит в руке перо.

Лилиана отвела взгляд к окну. Я видел, как она сжала челюсть.

— Мой отец никогда бы этого не позволил, — тихо проговорила она.

— Твоего отца здесь нет, — сказал я. — И если ты будешь править так, будто он смотрит через плечо и одобряет каждое твоё решение, то править ты не будешь вовсе. Ты будешь тенью человека, который сидит за решёткой далеко отсюда, и ничего не может сделать ни для тебя, ни для Косинца.

Она резко повернулась ко мне, и в её голосе впервые за всё время нашего знакомства проступили острые эмоции:

— Он старик из диких земель, который приходит сюда раз в три луны менять шкуры на соль! — в светлых глазах Лилианы заиграла ледяная метель. — Я должна посадить его рядом с собой и слушать, что он мне посоветует⁈

Ее голос поднялся на полтона выше обычного. Совсем немного, но для человека, который так тщательно держит себя в руках, эмоции просто били из нее ключом.

Я выдержал паузу и отреагировал спокойно. Клин клином сейчас тут явно не поможет.

— Он мечник из знатного дома Айронмарша, — начал объяснять я. — Которого твой дед пощадил именно потому, что уважал как воина. Изгнание это приговор, а не происхождение. Права на службу он не лишён, и ты это знаешь лучше меня.

Лилиана молчала, но ее желваки ходили ходуном.

— И есть ещё практическая сторона, — продолжил я. — Ульрих единственный человек в этих краях, кто регулярно ходит в Спорные земли один и возвращается живым уже тридцать лет подряд. Он знает племена, знает их стоянки, знает, когда они снимаются с места и куда идут. Прошлой ночью хаку потеряли девятерых на ферме Агриппы. Они вернутся, потому что за такие потери мстит любой командир. И когда они придут, полезно будет иметь такого человека как Ульрих на своей стороне.

Она долго смотрела на карту, разложенную на столе, придавленную чернильницей и подсвечником. Потом провела пальцем по северной границе владений и убрала руку.

— Хорошо, — произнесла она наконец. — Я предложу ему должность советника. Но учти две вещи. Первая: ещё совсем не факт, что он согласится. Вторая: если он откажется, ты подпишешь договор без этого условия и не будешь ко мне больше с этим приходить.

— Согласен, — кивнул я.

— И пойдешь ты к нему сам, — уже чуть менее грозно добавила Лилиана. — Он остановился в старой кузне. Впрочем, как и всегда.

— По рукам, — сказал я и протянул руку через стол.

Лилиана немного поколебалась, тяжело выдохнула, но протянула мне ладонь. Ее пальцы были теплыми на ощупь после разгоряченного спора. Мне вспомнилось, как я дотащил ее до ее покоев в прошлый раз, но я постарался отогнать эти мысли. Впереди было важное дело.