Книга Волчий клан 2, страница 87 – Валерий Муллагалеев

Меня выгнуло дугой в судороге и приступе боли — ну не может лицо превратиться в волчью морду безболезненно, как ни тренируйся. Зубная боль? А как насчет перестройки челюсти, когда она с хрустом выдвигается вперед, а зубы превращаются в клыки⁈

Камзол натянулся на груди от мышц. Волчий нос обожгло противными запахами, однако шерсть защищала кожу от враждебной среды — хоть какой-то плюс.

Я осторожно принюхался. Волк может унюхать добычу на расстоянии пяти, а то и десяти километров, если это специфическая сильная вонь. Конечно, наивно было надеяться, что Челищев где-то поблизости, однако…

Я абстрагировался от запахов серы и кислоты, а также гари от недавнего костра. Лес пах непривычно, словно это были не деревья, а чьи-то пальцы, высунутые из земли.

Со стороны пустыни тянуло легким ветром. Я разложил его на запахи. Закрыл глаза для лучшей концентрации.

Кое-что показалось смутно знакомым. Я вычленил из памяти запах хаотических тварей, которых призывал Небольсин. Он присутствовал в общем фоне. Надеюсь, мне не придется ими питаться — мяско так себе.

Еще один запах ассоциировался у меня с черным и липким. То черное существо, которое я размазал об камин, когда прибежал к Инессе, а потом оттирал от него руки алкоголем. Что-то такое доносилось со стороны пустыни.

Получается, в особняке Челищева был представитель этого народа. Местные аборигены. Это разумные существа, значит, от них можно получить информацию что почем. Вряд ли они окажутся дружелюбными, однако хоть какая-то зацепка.

Я с шумом выдохнул воздух, фыркнул.

Решено, пойдем туда, где пахнет аборигенами. Потолкуем.

Возможно, Челищева здесь даже знают, он персона запоминающаяся. Теперь узнают и обо мне!

Я отряхнулся в тщетной попытке избавиться от противного духа Бездны и направился в пустыню.

В голове навязчиво вертелась фраза из книги Кинга: «Человек в черном ушел в пустыню, и стрелок двинулся следом».

* * *

Подобрав под себя ноги и выпрямив спину, Навьяр сидел на плоском камне, выступающем на мелководье озера. Он был обнажен по пояс, в скупых лучах солнца Бездны его татуировки, покрывающие грудь и спину, казались угольно-черными лабиринтами.

Рядом с камнем было воткнуто костяное копье-посох.

Веки Навьяра были закрыты, он слушал тихий шепот воды. Это было одно из немногих озер с чистой водой в Бездне. Здесь он восстанавливал силы, залечивал раны и проводил время в размышлениях.

Неподалеку стоял его шалаш, вдоль берега и на опушке леса разлеглись волки. Сейчас они отдыхали после недавней расправы с перерожденным чернокнижником, двое лакали воду. Часть стаи охотилась в Костяном лесу, несколько разведчиков бродили по маршрутам.

От одного из них пришел сигнал.

Навьяр нахмурился — во время дивленья не полагалось его беспокоить.

Сигнал повторился. Волк-разведчик был взволнован, посылал тревожные эмоции. Это был всего лишь зверь, он не мог сказать, что случилось, или показать видение. Ясно было только, что сигнал шел от одного из храмовых порталов.

Навьяр открыл глаза: желтые, с широкой радужкой, из-за которой не видно белков. Волчьи глаза.

Он не глядя протянул руку вправо и выдернул из мелководья копье. Поднялся на камне во весь рост. Волки, лежащие на берегу, подняли головы.

— Какой-то залетный маг воспользовался старым порталом, братцы, — проговорил Навьяр. — Пойдем проведаем, что от него осталось, и поставим новые ловушки.