Книга Волчий клан – 4, страница 42 – Валерий Муллагалеев

Идея у меня была, и она мне не понравилась.

— Может, переброс дивизий, — с сомнением пробормотал Игорь. — На моей памяти такого не было.

Через сутки мы пропустили еще один такой состав. Потом на станции Веселуха — третий.

Что бы ни происходило — это не было случайностью.

В уезде Замостье мы просидели лишних три часа, потому что нам не давали паровоза: все паровозы уходили под армейские перевозки, и станционный смотритель бегал по перрону багровый и злой, орал, что у него пассажирский стоит с утра, а офицеры ему отвечали, что пассажирский подождет.

Стоянка ожидалась долгой, и мы, вместе с другими пассажирами, вышли в городок.

Игорь одернул свой мундир Черного Полка и уверенной походкой направился к одному из офицеров, заступил ему дорогу.

— Здравия желаю, куда путь держите, господа?

Офицер глянул на капитанские погоны Игоря и ответил на приветствие. Но едва он начал объяснять, как появился армейский маг-куратор.

— Разговорчики, — процедил он сквозь зубы.

На этом разговор закончился.

— Ох уж эти маг-кураторы, да? — ухмыльнулся Рюмин.

— Вы могли бы и вмешаться, ваше сиятельство, — зыркнул на него Игорь.

— Ничего не знаю, я тарид.

— Нам-то не гони, — сказал я. — Тарид он. Пойдем послушаем, что люди говорят.

В трактире при вокзале местные мужики говорили про постой солдат.

Мы взяли поесть и устроились за соседним столом.

Мужики говорили с обидой, но сдержанно, как принято ругать власть, когда она неподалеку.

Мол, приехали солдаты в деревню, устроились по избам, велено кормить и не роптать, платить обещают после, а когда — хрен его знает. Овес весь выгребли. Холодные ночи начались — дрова жгут без оглядки. Одному хозяину сожгли изгородь на дрова, тот жаловаться пошел, а вернулся битый.

— Много их? — спросил кто-то.

— Тьма, — ответил мужик. — По всем деревням до самой Луговой.

На той же станции Рюмин купил газету.

Он развернул ее с обычной своей ленивой брезгливостью, пробежал глазами и вдруг хмыкнул.

— Занятно, — сказал он. — Слушай, Лютиков. Первая полоса. «Осенние маневры Императорской армии в северных губерниях: проверка боеготовности и поддержание порядка».

— И что тут занятного?

— Ничего. Но такими словами обычно прикрывают что-то занятное. Сухо, скучно, абстрактно. — Он перелистнул. — А вот и твои бывшие сослуживцы. Статья: «О плановой очистке северных лесов от нечисти в преддверии зимы».

Игорь выругался и сказал:

— Эх, не уволься я, был бы сейчас там и всё знал.

— Ни хрена бы ты не знал, — заметил Рюмин. — Я бы знал. Но тебе бы не сказал.

Он опустил газету и посмотрел на меня поверх нее.

— Уж не на волколаков ли облава, Лютиков?

Черный Полк мы увидели потом.

Мы стояли на очередном разъезде, и мимо шел эшелон. Очередная вереница вагонов с красно-зелеными солдатами, но в середине состава — три вагона, где сидели другие.

Они были в темно-серых мундирах, рослые и крепкие, со стальными взглядами. Высокие начищенные сапоги, киверы с высокими воротниками и золотыми петлями — сам ходил в таком не так давно.

Игорь вглядывался в лица, стараясь вычленить знакомые.

Я же соображал. Если обычные солдаты могут использоваться для чего угодно, хоть даже для постройки бараков, то Черный Полк здесь явно по делу. Официально Черный Полк учрежден для борьбы с нечистью и чудовищами, но главный его противник — волколаки.