Книга После моей смерти началась месть, страница 122 – Марина Исайр

— Грейвсу давно следовало запретить использовать закон в личных целях.

— Ренан назначил его королевским поверенным именно потому, что он умеет использовать закон лучше всех остальных.

Каэль сложил приглашение, но спорить больше не стал. Я согласилась приехать не ради годовщины коронации и даже не потому, что дом Вейр должен был присутствовать на важной церемонии. Просто с каждым днём приближалась дата, которую я восемь лет носила внутри как скрытый приговор. Сначала она казалась далёкой, затем начала встречаться в календарях и отчётах, а в последние недели я всё чаще просыпалась среди ночи с ощущением, что где-то уже возводят чёрный помост.

Когда наша карета свернула на Королевскую улицу, Эйра сидела между нами и прижимала к груди деревянного ворона, которого выпросила у Каэля на последней остановке. Сам Каэль отодвинул занавеску и привычно осмотрел крыши, окна и проходы между домами.

— Ты снова считаешь выходы, — заметила я, придвигаясь ближе и кладя ладонь ему на колено.

— За восемь лет город изменился.

— Ренан приказал построить новые улицы только для того, чтобы усложнить тебе работу.

— Вполне в его характере, — ответил Каэль, накрыв мою руку своей. — Ты сегодня почти не спала.

— Я надеялась, что, если не говорить о дате, она станет обычной.

— Стала?

Я посмотрела на улицу, по которой люди спокойно шли к площади, не зная, что в другой жизни когда-то собирались там ради моей смерти.

— Пока нет.

Каэль поднёс мою руку к губам и задержал чуть дольше, чем требовалось для обычного поцелуя.

— Тогда дождёмся конца дня вместе.

— А я? — немедленно спросила Эйра, решившая, что её исключили из важного соглашения.

Каэль поднял дочь к себе на колени и поцеловал в серебристую макушку.

— Ты тоже будешь с нами.

— Тогда день станет хорошим, — уверенно решила она.

Я посмотрела на них и впервые за утро улыбнулась.

— Вот видишь, у нас уже есть официальное заключение.

— Её формулировки точнее, чем у Грейвса, — заметил Каэль.

— Только не говори ему об этом. Он начнёт готовить преемницу.

Когда карета остановилась возле площади, Эйра спрыгнула первой и несколько шагов прошла сама, крепко держа Каэля за палец. Однако людей вокруг оказалось слишком много, и дочь быстро подняла руки.

— Папа.

Каэль подхватил её, посадив на одну руку, а другой помог мне спуститься.

— Она умеет ходить, — напомнила я, поправляя складки платья.

— Я знаю. Но отсюда ей лучше видно.

Эйра немедленно обняла отца за шею и посмотрела на меня поверх его плеча.

— Папа сильный.

— В этом я никогда не сомневалась, тем более столько лет наблюдаю его тренировки.

Каэль притянул меня ближе свободной рукой, чтобы проходившие мимо люди не задели нас возле экипажа.

— Я ношу её не постоянно.

— Конечно. Иногда ты ставишь её на землю, чтобы взять на руки меня.

— Ты обычно не возражаешь.

— Потому что спорить бесполезно.

— Значит, мы оба довольны, — заключил он и быстро поцеловал меня, пока Эйра между нами возмущённо пыталась объяснить, что её зажали.

Площадь перед коронным судом изменилась, хотя само здание осталось прежним. Старую мостовую заменили, по краям высадили деревья, а там, где в прошлой жизни находился помост, возвышалось нечто большое, скрытое тёмно-синим полотном. Даже под тканью угадывались две человеческие фигуры.