Книга Прочнее оков, страница 74 – Ольга Куно

— Мне даже в голову не пришло, что на меня станут собирать такой компромат, - повинилась я.

Это была чистая правда. Я не стремилась к власти, не занимала высоких постов, не приближалась более необходимого к звёздам высшего света. Всё это давало чувство уверенности, что никто не станет тратить время и силы на то, чтобы подобным образом, собирая досье по крупицам, губить мою репутацию.

— А должно было прийти в голову! – прошипел вен Сольдо, усилием воли понизив голос до громкого шёпота. – Мы здесь не в бирюльки играем! Я понимаю, что вы молодая привлекательная женщина свободных нравов, что в целом в духе современности и потому вполне приемлемо. Но я всегда полагал, что вы знаете, какую черту нельзя переходить! И тут – раб для утех?! Да как вам такое только в голову взбрело? В конце концов, вы отлично знаете, что делают люди, которым неймётся познать эту сторону жизни. Едут в Сильверию под чужими именами и развлекаются в приграничных городах. А вы купили его и притащили сюда?

— Так, господин министр, вы всё-таки должны меня выслушать. Я понимаю, что эта история звучит весьма неприглядно, но дело обстоит не так, как кажется. Этот раб…этот человек получил вольную почти сразу после того, как я его выкупила. Я вовсе не собиралась обзаводиться невольниками. Грубо говоря, я заплатила деньги за то, чтобы его освободить.

— Вот и отправили бы его сразу на все четыре стороны, уж коли на вас напала охота заниматься благотворительностью!

— Именно так я и собиралась поступить. Но потом…обстоятельства сложились иначе. Клянусь чем угодно, лорд вен Сольдо, какое бы впечатление ни производило это письмо, я никогда не уединялась с этим мужчиной для того, на что намекает автор!

— Да мне на это глубоко плевать! – проревел министр. – Мне совершенно безразлично, спали вы с ним или играли под одеялом в оловянных солдатиков! Об этом можете поговорить со своим духовником! Я знаю другое: автор сего письма обещает предать ваши похождения гласности в случае, если я немедленно не отстраню вас от дел, а заодно не выполню ещё несколько требований, чрезвычайно невыгодных для министерства!

Бессильная ярость собеседника передалась и мне. Дыхание участилось, кровь стучала в висках, щёки горели: я хорошо осознавала, что действительно подвела своего босса и покровителя.

— Не выполняйте никаких требований, - решительно заявила я. – Пускай предаёт историю гласности. В конце концов, моя репутация и без того далека от безупречной.

— А о репутации министерства вы, конечно же, не подумали, - с горечью произнёс вен Сольдо. – Не понимаете, что ваши действия бросают тень на всех? Никто не станет разбираться, официально вы у нас служите или неофициально. Я уже вижу заголовки газет! «Рабовладельцы среди нас», «Невольник её ложа», «Тайная жизнь сотрудников министерства», «Роковая страсть под маской дипломатии». Дальше додумайте сами.

— Должно же быть какое-то решение, - пробормотала я, сжав кулаки.

— Оно есть, - отозвался министр, - и лежит на поверхности. Кто-то должен взять на себя ответственность, в том числе и за сохранность вашей репутации, и это сделаю я. Леди Стэнфорт, вы больше не служите в нашем ведомстве.

Я недоверчиво покачала головой.

— Нет. Нет, вы не можете… Нельзя же идти на поводу у этого шантажиста!