Книга Близнецы из кристалла, страница 52 – Гарриет Манкастер

— С вами всё в порядке? – спросила она.

Позолот обернулся. Его обычно тщательно расчёсанная и завитая бородка вся растрепалась, веки покраснели.

— Что случилось? – уже всерьёз испугалась Селестина.

— Королева, – дрожащим голосом отозвался Позолот. – Она… Она… – Похоже, язык совсем его не слушался.

— Она – что? – шёпотом спросила Селестина.

— Её больше нет, – с трудом выговорил Позолот и бурно разрыдался. Селестина ещё ни разу не видела, чтобы старик плакал. – Наша дорогая, любимая королева Кассиопея умерла!

Селестину окатило таким ледяным ужасом, что ей пришлось ухватиться за край прилавка, чтобы не упасть.

— Умерла?! – выдавила она. – Но как она могла умереть?!

— Её… её убили, – тяжко всхлипнул Позолот. – Смертельным заклятием. Об этом уже всё Чароручье говорит. Служанка обнаружила её вчера поздно вечером. Она лежала в своей постели – холодная, как камень.

У Селестины перехватило горло, и комната закружилась у неё перед глазами.

— Но… – пробормотала она. – Но… Виктория-Стич!

— Наверняка это она, – сказал Позолот. – Уж как она вопила, когда стража сегодня на рассвете схватила её и отволокла в тюрьму. – Он вынул из кармана носовой платок и вытер глаза.

— Но она бы не… – с трудом выговорила Селестина. – Она бы не смогла… и она не знает никаких смертельных заклятий! – Хотя в глубине души она не была уверена, что это правда. У Виктории-Стич были свои тайны. Тёмные. Опасные. И выражение её лица, когда Селестина покидала её вчера вечером… оно было поистине угрожающим.

— Улики подтверждают её вину, – сказал Позолот. – Они нашли на месте преступления следы порошка из её алмаза.

— Порошок? Из алмаза? – Селестина уставилась на старого мастера, не в силах даже дышать. Единственное, для чего висклинги когда-либо использовали порошок из своего родного кристалла, – это чтобы творить чары.

— Мне очень жаль, Селестина, – сказал Позолот. – Но ты больше не можешь работать в моей мастерской. У меня нет выбора. Как только гроза утихнет, тебе придётся уйти. – С этими словами он вскочил со своего стула и вышел из мастерской.

Селестина молча смотрела ему вслед, лихорадочно размышляя. Неужели то, что она наговорила вчера, так подействовало на сестру, что та решилась убить королеву?! Значит, она тоже отчасти повинна в преступлении? Она должна узнать правду! Бросившись к заднему выходу, она схватила со стойки свой летучий цветок, распахнула дверь и шагнула под проливной дождь. Капли крупнее её кулака застучали по плечам и голове, заливая глаза, ветер трепал её одежду, но Селестина поднялась в воздух, почти не ощущая этого. Кровь её кипела от холодной ярости. Никогда ещё она не испытывала к своей сестре такого отвращения – и сила этого чувства испугала её. Она промчалась над пустым бульваром и, петляя среди деревьев, понеслась из Чароручья вдоль ручья на юг, к самой каменистой и безлюдной части леса. Она никогда не бывала там, где находилась тюрьма, и сейчас содрогнулась, впервые увидев её. Ряды камер были вырублены прямо в скале, нависающей над самым берегом, который сейчас полностью затопило ливнем. На уступе у подножия скалы притулилось небольшое строение. Сообразив, что начальника стражи, вероятно, следует искать именно там, она подлетела к этому строению и заглянула в окошко.