Книга Близнецы из кристалла, страница 49 – Гарриет Манкастер

— Ты что вытворяешь! – гневно напустилась на сестру Селестина. – Ты же могла покалечиться!

— А я и покалечилась! – заявила Виктория-Стич. – Смотри, у меня вся щека исцарапана!

Тут откуда-то со стороны дворца донёсся рёв сирены, и через мгновение к ним уже мчался целый отряд королевской стражи, держа на изготовку волшебные палочки и щиты. Стражники мигом окружили Викторию-Стич и подхватили её под локти.

— А НУ ОТПУСТИТЕ МЕНЯ! – визжала она, отчаянно брыкаясь и пытаясь вырваться из их железной хватки.

— Стойте! – воскликнула Селестина, но стражники даже не обратили на неё внимания – они тут же подняли её сестру в воздух на широком летучем листе и унесли туда, где позади дворца высились правительственные деревья.

Селестина горько расплакалась, не успевая вытирать слёзы. Кое-как отдышавшись, она подняла глаза – и… увидела вокруг себя только гневные, негодующие лица, сверлящие её мрачными взглядами.

— Они все видели, как ты спасла Викторию-Стич, – шепнула ей на ухо Тинзель.

— Это очень плохо отразится на нашей мастерской, – сказал Позолот на следующий день. – Висклинги прослышали, что Виктория-Стич твоя сестра. Я не могу допустить, чтобы наши покупатели видели тебя здесь.

Селестина сидела позади прилавка, уронив голову на руки. Она всю ночь не сомкнула глаз, думая, что могло случиться с Викторией-Стич после того, как стража схватила её.

— Это ставит меня в очень сложное положение, – покачал головой мастер. – Мы ведь ювелиры королевы, ты же знаешь.

— Знаю, – ответила Селестина. – Мне очень жаль. Я только не знаю, что делать.

— Твоей вины в этом нет, – сказал Позолот. – Но я думаю, что тебе лучше некоторое время поработать в заднем помещении. Пока всё не успокоится.

— Хорошо, – кивнула Селестина, чувствуя, как у неё горят щёки.

— Но если с Викторией-Стич случится ещё что-нибудь, – продолжал Позолот, – у меня не будет иного выхода, кроме как уволить тебя. Весьма сожалею.

— Я понимаю, – подавленно прошептала Селестина.

Едва улучив возможность выйти из мастерской, Селестина набросила мантию с капюшоном, надвинув его как можно ниже на лицо, и торопливо зашагала по бульвару к дворцу сестры. На её стук дверь чуть приоткрылась, и за узкой щелью показалось бледное личико Виктории-Стич.

— Входи! – пригласила она свистящим шёпотом, и Селестина быстро скользнула внутрь.

— Они тебя отпустили! – воскликнула она с огромным облегчением. – Ты плакала, да?

— Нет, – помотала головой Виктория-Стич, вытирая тёмные потёки на щеках, и, цокая каблучками по чёрно-белым плиткам, направилась в свою любимую башенку. Но в её походке что-то изменилось – она уже не была такой уверенной.

— Послушай, то, что ты устроила вчера, было ужасно глупо, – заговорила Селестина, шагая следом за сестрой. – Только посмотри, на какие неприятности ты себя обрекла. Ты же поклялась, что не станешь пользоваться этими своими крыльями!

— Я уже сыта по горло твоими указаниями, что мне делать и чего не делать, – утомлённо заявила Виктория-Стич, взбираясь вверх по винтовой лестнице и распахивая дверь в башню. Внутри неё оказалась прилепившаяся к стволу дерева небольшая круглая комнатка с чёрными, усыпанными звёздами стенами и узким стрельчатым окном. Виктория-Стич подошла к окну и уставилась на улицу, повернувшись к Селестине спиной.