Книга Там, где цветёт папоротник, страница 73 – Анна Корнова

— Подай-ка мне стеклянный заварочный чайник, – попросила Людмила Владимировна. – Хочу и чёрный чай, и зелёный заварить. Отец чёрный будет, ты, я знаю, зелёный пьёшь. Остальные пусть выбирают.

— Хотя с такой внешностью она себе через пару месяцев олигарха найдёт, а Влада пошлёт куда подальше.

— Юля, давай ты торт на кухне порежешь, – Людмила Владимировна явно не хотела обсуждать отношения сына с его девушкой.

— Эти провинциалки только поначалу скромняшками прикидываются, а потом такую бульдожью хватку демонстрируют – куда прятаться.

— Поживём – увидим, – примирительно заметила Людмила Владимировна.

— Влада жаль. Он на неё прямо молится, но она не про семью.

— Как ты ровно порезала! У меня так искусно никогда не получается, – свекровь, словно не слыша Юлю, похвалила аккуратные ломтики торта.

В гостиной за праздничным столом шло обсуждение недавнего путешествия родителей на теплоходе до Петербурга. Андрей Константинович вспоминал, как на этом маршруте они отдыхали пятнадцать лет назад, отмечал, что поменялось, что осталось неизменным.

Снежане было интересно слушать про такие удивительные поездки, когда не по торговым делам или другой необходимости, а для развлечения люди пускаются по реке в новые места. И при этом путь на судне не труден, а напротив, называется отдыхом. Девушке нравилось в гостях, нравились родители Владислава, нравились неторопливые разговоры, добрые шутки, смущал только Игорь. Он прижимался к бедру Снежаны, от чего она испытывала неловкость, но что поделать? За столом не так много места, жаль, что в этом мире не положено сидеть женщинам на «долгой» лавке напротив мужчин. А ещё Игорь часто наклонялся к Снежане и тихо говорил о чём-то, чего она не понимала, но на всякий случай вежливо кивала.

— Всё убираем со стола, сейчас будем чай пить, – скомандовала вернувшаяся с кухни Людмила Владимировна, и грустно заметила: – Снежана, а ты ничего почти не ела.

— Что Вы, я всё попробовала, всё очень вкусно. Я даже объелась.

— Нет такого глагола «объелась», есть выражение «надо подождать, пока уляжется», – пошутил Игорь.

— Я вам с собой пирожков дам, чтобы дома поели, – Людмиле Владимировне хотелось сказать Снежане что-то приятное, но кроме пирожков ничего на ум не пришло. Мать Влада испытывала жалость к этой молчаливой красавице, потерявшей, как оказалось, свою большую семью. Возможно, это был несчастный случай, типа авиакатастрофы, чем ещё можно объяснить, что такая многодетная семья полностью, кроме старшей дочери, из жизни ушла. Это какой стресс девочка пережила! Потому в разговоры и не вступает, только улыбается и головой изредка кивает.

Матвей тоже внимательно разглядывал Снежану, эта тётя ему очень понравилась, хотелось с ней поиграть, но ждать, когда она выйдет из-за стола ребёнку надоело. Матвей под столом прополз к Снежане и, весело гавкнув, схватил её за ноги. По мнению мальчика, это должно было получится очень смешно, но Снежана не рассмеялась, как надеялся Матвей, а от неожиданности испуганно дернулась, опрокинув на себя чашку с чаем.

Всё зашумели, стали отчитывать Матвея, заботливо спрашивать, не обожглась ли Снежана. Людмила Владимировна принесла свою хлопковую футболку:

— Конечно, не такая нарядная, как твоя блузка, зато сухая.