Книга Словесность Индии и Ирана. Сакральный текст и смеховая культура, страница 29 – Коллектив авторов, Наталья В. Александрова, Д. А. Комиссаров

Историки охотно обращаются к лингвистическим трактатам как историческим источникам, так как рассматривают их в качестве авторских сочинений. Хорошо известно, что это редко можно сказать о других памятниках санскритской литературы. Характерны названия книг: «Индия у Панини» [Agrawala, 1953], «Индия во времена Патанджали» [Puri, 1968]. Сама лексика, используемая в примерах на грамматические правила, дает возможность реконструировать окружавшую автора действительность.

Для исторических исследований первостепенное значение имеет датировка источников. Варттики Катьяяны были составлены на основе «Аштадхьяи» Панини. Известны они благодаря многочисленным цитатам в «Махабхашье» Патанджали. Таким образом, относительная хронология памятников не подлежит сомнению – вопрос лишь в абсолютных датах. В историографии господствует представление, что «Махабхашья» надежно датируется серединой II в. до н.э. С меньшей определенностью говорят о том, что Катьяяна жил в середине III в. до н.э. В вопросе же о времени создания грамматики Панини существуют значительные разногласия: от VIII–VII до IV–III вв. до н.э.

Обратимся сначала к Катьяяне. Для датировки его труда серединой III в. до н.э. используется то, что в одной из варттик (VI.3.21) грамматик приводит слово devānāṃpriya, известное по эдиктам Ашоки (devānaṃpiya) [Lévi, 1891]. Здесь усматривают иронию над «высокопарным титулом Маурьев» (буквально «угодный богам») [Scharfe, 1977, p. 138]. Это заставляет обратиться к маурийской эпиграфике. Переводчики из царской канцелярии в VIII Большом наскальном эдикте употребляли слово devānaṃpiya по отношению не только к Ашоке, но и к другим правителям – для них оно являлось синонимом rājan/lājan. В переводе эдиктов на греческий язык титул devānaṃpiya опущен – переводчик, очевидно, не увидел разницы с rājan (βασιλεύς). В переводе на арамейский язык devānaṃpiya передано как mr’n, т.е. «господин наш». Это значит, что правы те исследователи (В. Смит, Л. Альсдорф, Э. Бенвенист, К. Р. Норман), которые переводят devānaṃpiya в эдиктах Ашоки как «His Majesty», «Его Величество», «Государь».

Однако слово devānāṃpriya в санскрите используется и в иных контекстах – в качестве обращения к собеседнику. Некоторые переводчики придают ему насмешливый и даже ругательный смысл – «глупец»^[41]. Но комментарий Катьяяны состоит как раз в том, что Панини напрасно полагает, будто сложное слово с первым элементом в родительном падеже имеет смысл порицания (ṣaṣṭhyā ākrośe). Возражая автору «Аштадхьяи», он и приводит в качестве примера слово devānāṃpriya. Это подчеркнуто вежливое обращение выступает как аналог bhagavat и tatrabhavat[Kielhorn, 1969, S. 1020–1022]. То же самое мы видим и в джайнских текстах на ардха-магадхи: devāṇuppiya может употребляться для обозначения царей, а в качестве обращения соответствует bhadra и mahānubhāva [Pāia-sadda-mahaṇṇavo: s.v.].

Мы вправе толковать его наподобие русского «милостивый государь мой». При этом я не думаю, что обращение к собеседнику со словом «сударь» предполагает в качестве первоначального значения «царь, Государь». Скорее царский титул может быть связан с тем, что в языке уже существовало понятие «господин» (dominus, Herr). Мы не можем утверждать, что слово devānāṃpriya не употреблялось до Ашоки в качестве царского титула, так как надписи этого царя являются самыми ранними памятниками индийской эпиграфики. В ведийских текстах нет слова devānāṃpriya, но нередко выражается желание быть priyaдля богов («Атхарваведа» XVII.1.2: priyo devānāṃ bhūyāsam) [Вигасин, 2007, с. 43]. Это мольба о счастье, которое заключается в богатстве и власти. Devānāṃpriya – ничуть не более высокопарное выражение, чем обычное обращение bhavan (bhagavan). Более того, я рискнул бы утверждать, что и значение слова devānāṃpriyaблизко к bhagavan(по толкованию Я. Вакернагеля: mit Gut begabt, herrlich [Wackernagel, 1975, S. 259]). Совершенно невозможно согласиться с Х. Шарфе [Scharfe, 1971] и последовавшим за ним О. фон Хинюбером [Hinüber, 2019, S. 1346], будто devānāṃpriyaявляется калькой с греческого φὶλος τῶν βασιλέων. Скорее можно вспомнить греческое слово θεοφιλής (dear to the gods, highly favoured), но, конечно, при этом должна идти речь не о заимствовании, а о типологической параллели.