Книга Реакционный манифест. Поваренная книга имперца, страница 19 – Ярвин Кёртис

И поэтому вопрос о желательности принятия любого технологического новшества – это вопрос с двумя возможными ответами, а не с одним, как обычно предполагается. Если мотивы – деньги, комфорт и спешка, чтобы поскорее попасть в технологически предопределенное будущее, тогда ответ предрешен, и, по сути, нет ни вопроса, ни мысли. Если же мотив – любовь к семье, сообществу, стране и Богу, тогда придется думать, и, возможно, придется решить, что предлагаемое новшество нежелательно.

Вопрос о том, как покончить или уменьшить зависимость от некоторых уже принятых технологических новшеств, ставит в тупик. По крайней мере, он ставит в тупик меня. Я не смог понять, например, как люди, живущие в сельской местности, где нет общественного транспорта, могут отказаться от своих автомобилей, не став менее полезными друг для друга. И это потому, что, во многом благодаря влиянию автомобиля, мы живем слишком далеко друг от друга и от того, что нам нужно, чтобы иметь возможность передвигаться иначе. Конечно, можно обойтись без автомобиля, но для этого пришлось бы отказаться от многих обязательств. Ничто из того, что я пока смог придумать по этой проблеме, меня не удовлетворило.

Но если мы обращали внимание на влияние автомобиля на сельские сообщества, то знаем, что желательность технологических новшеств – это вопрос, требующий размышления, и мы должны были обрести некоторую способность думать о нем. Поэтому если я отчасти писатель, и мне предлагают дорогую машину, чтобы помочь мне писать, я должен спросить, желательна ли такая машина.

Я должен спросить, в первую очередь, хочу ли я купить решение проблемы, которой у меня нет. Я признаю, что как писатель я нуждаюсь в большой помощи. И я получил огромное количество самой лучшей помощи от моей жены, от других членов моей семьи, от друзей, от учителей, от редакторов, а иногда и от читателей. Эти люди помогали мне из любви или дружбы, и, возможно, в обмен на какую-то помощь, которую я оказал им. Полагаю, я должен оставить открытой возможность того, что мне нужно больше помощи, чем я получаю, но было бы, безусловно, неблагодарно и жадно так думать.

Но компьютер, как мне говорят, предлагает такую помощь, которую нельзя получить от других людей; компьютер поможет писать быстрее, легче и больше. Какое-то время мне казалось, что каждый встречный профессор университета говорил мне это. Так хочу ли я писать быстрее, легче и больше? Нет. Мои стандарты – не скорость, легкость и количество. Я уже оставил после себя слишком много свидетельств того, что, пиша карандашом, я писал слишком быстро, слишком легко и слишком много. Я хотел бы быть лучшим писателем, и для этого мне нужна помощь других людей, а не машина.

Профессора, которые советовали мне скорость, легкость и количество, разумеется, цитировали стандарты своих университетов. Главная забота индустриальной системы, то есть нынешней университетской системы, – удешевить работу за счет увеличения объема. Но в рекомендации профессоров подразумевалась идея, что нужно идти в ногу со временем. Задающие темп академические интеллектуалы в последнее время испытывают сильную тягу быть на уровне времени. Они не беспокоятся о том, чтобы не отстать от Джонсов: как интеллектуалы, они знают, что должны быть нонконформистами и независимыми мыслителями, живущими на острие человеческой мысли. И поэтому они все в трепете, чтобы не отстать от времени – что означает принимать новейшие технологические новшества, как только их принимают Джонсы.