Книга Сталинисты в Америке. Стратегия силовых действий, страница 22 – Хизер Бут

В отличие от правых, проповедующих форму конкуренции «человек человеку волк» и радикальный приватизм, популизм возрождает центральный взгляд на экономику, сформулированный нашими основателями нации, такими как Бенджамин Франклин, Мерси Уоррен и Томас Джефферсон. Он утверждает, что все формы экономической деятельности и частной собственности, от предприятий до семейных ферм, являются обязательствами, за которые мы являемся распорядителями перед более широким сообществом. И он выступает за «общественный интерес», который может поддерживать наши общие формы богатства – от парковых земель до публичных библиотек. Он отстаивает общую ответственность за бедных, угнетённых и исключённых, рассматривая приверженность нации принципам «свободы и справедливости для всех» как решающую меру нашего «общего блага».

Это темы, которые сочетают личный интерес с идеализмом, призывающим нас быть больше, чем мы есть. Они соединяют «родные ценности», наиболее близкие нам, с более широким видением. Нет ничего лёгкого или простого в возрождении таких принципов в мире, который во многих отношениях организован на совершенно иных принципах. «Сила даёт право» и «Каждый сам за себя» – вот лозунги и заголовки в карманных книжках и ежедневных новостях. Но принципы прогрессивного популизма, тем не менее, являются ключевыми темами, которые снова и снова всплывали в нашей истории.

Общественные движения – это особые события в истории. Они происходят, когда проблемы, долго находившиеся под поверхностью, внезапно вскипают и увлекают за собой большое количество людей. В годы, непосредственно предшествующие зарождению общественных движений, обычно происходят глубокие экономические и демографические изменения. Старый популизм вырос из перехода к современной урбанизированной Америке и экономике, доминируемой крупными корпорациями. Это была попытка, особенно со стороны мелких фермеров, сохранить свои сообщества и свой фермерский образ жизни.

Сегодняшний правый популизм и прогрессивный популизм оба возникают из глубинных социальных и экономических преобразований. Эти изменения ставят фундаментальные вопросы: кто страдает, кто выигрывает, кто контролирует и чьи ценности формируют наше будущее. Переход от производственной экономики к экономике услуг, от национальной экономики к глобальной, от локализованных корпораций к доминирующим транснациональным корпорациям угрожает средствам к существованию и благополучию миллионов людей. В этом процессе эти изменения угрожают уничтожить многие формы общности, справедливости, безопасности и достоинства, которые люди создали и поддерживали в двадцатом веке.

В 1970‐х годах мучительные экономические изменения начали тревожить мечты Средних Американцев. Под поверхностью преобразования в экономике изменили условия экономических дебатов.

Вторая мировая война значительно укрепила экономическое положение Америки в мире. Результатом стали двадцать лет относительного процветания, в течение которых уровень жизни среднего американца неуклонно рос. Многие люди не только ожидали зарабатывать больше каждый год, но каждое поколение ожидало преуспеть лучше, чем их родители.

В 1968 году послевоенный экономический рост закончился. Уровень жизни американцев перестал расти и застопорился. Причины были двоякими. Во-первых, экономика Европы была восстановлена, а Япония и Германия стали крупными промышленными конкурентами. Во-вторых, в годы, когда было мало конкуренции, о которой стоило беспокоиться, американский бизнес стал близоруким. Инвестиции в новые заводы были запущены, так что такие отрасли, как сталелитейная и автомобильная, вошли в 1970‐е с тем же оборудованием, которое использовали в 1930‐х. Инвестиции в исследования и разработки также были запущены. Крупные прибыли от военных контрактов направляли лучшие американские таланты в эту сферу. Корпорации не могли угнаться за конкурентами в применении новых технологий на потребительских рынках.