Книга Морской пастух. Реальная история китовых войн, страница 73 – Пол Франклин Уотсон

Мы покинули Халл холодным и ветреным днём 3 января 1979 года. Чтобы сэкономить около 800 долларов на лоцманских сборах, я решил не огибать юг Англии через Ла-Манш. Вместо этого мы пошли вокруг Шотландии, и это было хорошо, потому что сильный шторм обрушился на юг и уничтожил четыре рыболовных судна. Шторм обрушился на Шотландию через день после нашего прохода, и на Ирландию – через день после нашего прохода там. Мы чувствовали себя везунчиками и смутно виноватыми, как будто мы были морской Тифозной Мэри – были рядом, но сами никогда не страдали от катастроф, подобно той старой даме, которая в XIX веке в Нью-Йорке распространяла тиф, где бы ни появлялась, но сама никогда не болела.

«Морской пастух» вёл себя плавно и оказался очень экономичным, сжигая всего четыре тонны топлива в день. Его полная топливная ёмкость составляла двести тонн. При полном ходу, четыре тонны в день, у него было довольно много дней в море, и дальность плавания составляла от двенадцати тысяч до четырнадцати тысяч миль, в зависимости от того, как сильно его нагружали.

От Азорских островов до самого Бостона у нас была тёплая, ясная погода. К югу от Ньюфаундленда нам было комфортно в футболках. Холод мы начали чувствовать только примерно в пятидесяти милях от Бостона. Лесли Фьюстер, наш старший помощник, ветеран многих рейсов в Северной Атлантике, назвал наше путешествие «чудесным переходом».

Как бы то ни было, чудом для меня стала примерно часовая прогулка рядом с шестью синими китами. Самый большой был вдвое короче «Морского пастуха» – около 60 футов, что казалось мне огромным, хотя я знал, что полностью выросшие синие киты достигают 90 футов, а самый крупный из когда-либо убитых был длиной 118 футов.

Мы надеялись сохранить наше прибытие в Бостон в секрете. Но у некоторых наших друзей на берегу были другие идеи, и в Boston Globe появилась статья, в которой рассказывалось о наших целях и миссиях, и, в частности, о нашем намерении пробиться сквозь льдины и добраться до зверобоев к середине марта. Вряд ли это имело большое значение для нашей безопасности. После двух наших стычек с Законом о защите тюленей в 1976 и 1977 годах было логично предположить, что канадское правительство внимательно следит за нашими передвижениями.

Мы вошли в Бостон 15 января 1979 года, и, хотя переход был идиллическим, все мы были довольно рады его окончанию. Семеро грубоватых йоркширских рыбаков, которые согласились на эту поездку за плату, в основном расходились во взглядах с шестью молодыми добровольцами – по большей части сухопутными людьми с пристрастиями (например, вегетарианство, сохранение природных ресурсов и забота о животных), которые раздражали остальных семерых. Кроме того, присутствие на борту двух женщин не понравилось профессионалам.

Были конфликты и споры, обычно бессмысленные, сварливые, ни к чему не приводящие, о морали убийства китов и тюленей против необходимости выживания человека в принципе враждебном мире. Старший помощник Лесли Фьюстер и механик Стэн Джонсон встали на нашу сторону в споре о том, что человек истощает море, и что для таких, как мы, хорошая идея – устроить драматичную, хоть и опасную защиту морских млекопитающих. С другой стороны, капитан Джефф Туидл и старший механик Лесли Смит были потрясены тем, что честный рыболовный траулер из их родного Йоркшира будет использоваться для противодействия тем, кто зарабатывает себе на жизнь морскими обитателями, и они считали Фьюстера и Джонсона предателями своего класса.