Книга Дни в джунглях. Гватемальские партизаны против латифундистов, страница 95 – Ноам Хомский, Марио Пайерас

На местном уровне, особенно во время частых осадных положений, политикой обычно руководил командующий военной зоны. Перальта реорганизовал и сильно укрепил сеть «военных комиссаров», представителей армейского резерва в каждом городе; в основном бывшие военнослужащие, они теперь получили новый статус полувоенных сил для защиты интересов сельских землевладельцев. Помимо своих обычных функций, они занимались широкомасштабным шпионажем за местным населением и другими полицейскими и карательными операциями, а также программами «гражданского действия» в области развития. При военном правлении даже суды были милитаризованы.

Таким образом, в очень реальном смысле военные стали ведущей силой в гватемальской политике. Однако на более глубоком уровне политическая власть вооруженных сил была выражением классового союза, лежащего в основе Контрреволюции. Милитаризация политики позволила гватемальской буржуазии и иностранным инвесторам править косвенно, с CACIF в качестве их главного политического представителя. Это также отражало включение зависимой мелкой буржуазии в правящую коалицию: авторитарный менталитет и стиль военных «сверху вниз» давали им своего рода безопасность, систематически исключая народное участие. Для офицерского корпуса, тем временем, эта роль гарантировала восходящую мобильность, тем самым снижая вероятность их участия в националистическом/популистском союзе.

Дальнейшим аспектом контрреволюционной политики была регулярная замена демократической законности откровенным террором. Гватемала провела почти половину из девяти лет с 1963 по 1971 год в условиях осадного положения, предотвращения или тревоги – все они в той или иной степени отменяли конституционные гарантии и свободы. Более зловеще, эта цепь осадных положений создала фон для широкомасштабного право-правительственного террора под видом поддержания общественного порядка и борьбы с левым партизанским восстанием. Начиная с охоты на ведьм 1954 года, правительства Контрреволюции потворствовали и часто осуществляли физическое уничтожение умеренных и левых оппозиционных сил. Практически целое поколение умеренных лидеров было удалено из политической жизни Гватемалы в 1960‐х и 1970‐х годах: более удачливые выжили в изгнании; тысячи других были убиты или «исчезли».

После 1966 года террор организовывался серией правых эскадронов смерти, таких как MANO Blanca и Ojo por Ojo – побочный продукт грязной контрповстанческой войны. Организованные Движением национального освобождения и финансируемые буржуазией, они были якобы тайными и неподконтрольными официальным властям. На самом деле эти группы действовали с полной безнаказанностью и базировались в армии и полицейских силах; они дополняли правительственные контрповстанческие операции, осуществляя действия, которые нарушали даже законы Гватемалы. Их тактика варьировалась от публикации списков смерти до похищений, пыток и убийств. При режиме Араны министры кабинета, как говорили, напрямую участвовали в составлении списков смерти. Типичным для интеграции официальных сил и террористических правых был опыт тысяч жертв, которые просто «исчезали», часто после того, как их подбирали полицейские или армейские машины или машины без опознавательных знаков; после того, как друзья и родственники искали их в тюрьмах в течение нескольких недель, их тела обычно находили изуродованными и подвергнутыми пыткам в канавах, оврагах или «тайных кладбищах».