Книга Шайтан Иван 12, страница 38 – Эдуард Тен

— Твои планы на будущее? Ты с нами или у тебя свои?

— К большому сожалению, работать с вами нет возможности: куча дел в Москве и Петербурге.

— Понимаю. Когда отправляешься обратно?

— Пока трудно сказать, даже приблизительно.

— Что ж, благодарю тебя за помощь, товарищ. Забрав груз, гость удалился.

Радостный Проскурин вышел на улицу и быстро двинулся в сторону центра, не заметив, как за ним неприметной тенью последовал невзрачный господин неопределённого возраста.

За два дня до встречи с Проскуриным.

Написав короткую записку, Пушнов вызвал дворника к себе.

— Вот что, любезный. Срочно доставь эту записку в жандармское управление и передай в отделение политического сыска, начальнику. Дождись ответа. Скажи — дело государственной важности. Ты понял меня?

— Да, ваше благородие. Исполню всё в точности.

— Держи, тебе за труды. — Пушнов дал рубль банковским билетом.

— Не нужно, ваше благородие, по службе поручение, — стал отнекиваться дворник.

— Бери, не тушуйся, уж больно дело срочное.

Вечером вернулся дворник и передал ответную записку, в которой был указан адрес и время встречи.

Поинтересовавшись адресом у дворника, Пушнов прибыл на встречу. В квартире его встретил жандарм в форме штаб-ротмистра.

— Здравствуйте, господин… — спросил жандарм.

— Пушнов Александр Сергеевич.

— Вы просили о встрече, я слушаю вас.

Пушнов достал свой документ и протянул его жандарму. Как и подпоручик на границе, штаб-ротмистр тоже впервые видел подобное. После тщательного прочтения он с изменившимся лицом посмотрел на Пушнова уже совсем по-другому.

— Я прибыл в Москву из Парижа с поручением от руководителей революционной организации «Земля и воля», прошу заметить, штаб-ротмистр, — от руководителей боевого крыла. Вот образцы воззваний и прокламаций, а также пособий по организации беспорядков. Вот записи текстов, которые я должен был передать устно, и векселя в кредитный банк на тридцать тысяч рублей серебром. Со мной должны связаться — их представитель в Москве. Когда точно — не знаю. Примите к сведению: готовится нечто очень серьёзное. Будьте максимально аккуратны при разработке этой группы. Вы не представляете, чего нам стоило внедриться к ним и добыть эти сведения.

Я ещё побуду некоторое время в Москве. Как только вы разработаете группу, если я буду в городе, меня следует арестовать вместе со всеми, а после отправить в Петербург. Слежку за мной установите тонко, но так, чтобы её заметили со стороны. Наверняка меня будут отслеживать товарищи. Как только они заметят слежку, возможно, переведут меня в нелегалы и определят на постой к себе. Помните, штаб-ротмистр: работайте аккуратно, постарайтесь не подставить меня. Иначе годы работы пойдут насмарку, а меня просто зачистят.

Пушнов нагнал тумана и жути — всё как учил командир.

Штаб-ротмистр проникся его словами и пообещал доложить начальству, а также проявить максимум оперативности и осторожности.

Московский жандармский дивизион

Начальник 1-го отделения полковник Жарков Илья Петрович с интересом слушал доклад штаб-ротмистра.

— Он предоставил документ, подтверждающий его полномочия?

— Так точно. Я впервые видел сей документ. Но он соответствует описанию.

— ГРУ, — задумчиво произнёс полковник, изучая документы, предоставленные неизвестным агентом неизвестного ГРУ. — Даже расшифровка иносказательного текста. Надо признаться, сделана большая работа. А это номера банковских векселей. Что же, нам практически на блюдце преподнесли товарищей из «Земли и воли», как я понимаю, боевиков. Осталось не оплошать нам. Борис Архипович? — обратился Жарков к подполковнику, присутствующему при докладе ротмистра. — Возьмите под свой личный контроль и проследите за выполнением просьб агента.