Книга Шайтан Иван 12, страница 135 – Эдуард Тен

В походном шатре собрались все командиры.

— Что за война такая, командир? — спросил сотник аварской сотни. — Они что, все трусы? Только биться собираешься, а они бежать начинают. Рубить в спину — не по-мужски, — с досадой произнёс он.

— Как правоверный, ты должен проявить сострадание к своему врагу, если видишь, что он слаб и не может противиться тебе, — спокойно произнёс мулла Мирза.

— Зачем он тогда взял оружие в руки? Зачем стрелял в меня? Уважаемый Мирза, мне непонятно.

— Он же бросил оружие и поднял руки, а ты его шашкой по голове, — усмехнулся Азамат.

— Клянусь Аллахом, я не знал, что он хотел сдаться в плен. Зачем раньше не говорили об этом? — возмутился Али.

— Нет чести в убийстве того, кто поднял руки, — тихо сказал Зелимхан.

— Мы были в атаке, я не успел подумать, рука сама нанесла удар, — продолжал кипятиться Али. — Надо было ему кричать, что он сдаётся, — с досадой проговорил он.

— Так он кричал, Али. Он не знал, что ты не понимаешь по-венгерски, — рассмеялся Ульмас, командир татарской сотни.

Все рассмеялись, и надутый Али не выдержал — рассмеялся вместе со всеми.

Полк потерял троих убитыми и двоих ранеными.

Утро второго июля я безбожно проспал, утомлённый суетой последних дней. Исполнять роль наблюдателя при всём моём желании не получалось. Возникали вопросы, вообще не связанные со мной, но ко мне обращались за помощью. Отказать не получалось.

Внезапно я услышал громкие возгласы, команды. Дверь моей кареты, в которой я спал, распахнулась.

— Командир, венгры, много. — Сообщил сдержанно Савва.

Я вылез из кареты, стараясь выглядеть спокойно. — Умыться!

В лагере поднялась осознанная суета. Бойцы споро снаряжались по полной программе. Артиллеристы у своих фур возились с гранатомётами.

Аслан полил из кувшина воды, я умылся и стал одеваться в полёвку, снаряжаясь. Ко мне быстрым шагом подошёл Андрей.

— Разведка доложила. В пяти верстах большой отряд венгров. Двигаются прямо на нас. Точное количество установить трудно, но не меньше десяти тысяч.

— Ты уверен, Андрей?

— Костя сам был со своими. Уверен, что больше.

— Нас с гвардейцами не больше пяти тысяч. Послал к ним вестового?

— Да… Егеря почти готовы.

Смотрю на Андрея, его заметно потряхивает.

— Не дрейфь, Андрюха, прорвёмся.

— Да у меня всегда так перед боем, командир. — Усмехнулся Андрей.

— Что надумал?

— Выдвигаемся вперёд на полверсты. Построение коробка. Егеря с правого фланга. Горцы за нами, казаки за егерями. Гвардейцы в плотное каре, кавалерия на фланге. Надеюсь, Павел сообразит. Мы на левой стороне дороги, они на правой.

— Почему каре?

— Костя говорит, у венгров кавалерии много, не меньше половины.

— Командуй, Андрей, не смотри на меня. Ты командир.

Андрей кивнул и побежал, раздавая распоряжения на ходу. Пластуны и егеря стали выдвигаться на позицию. Все фургоны и повозки выдвинулись вместе с бойцами, чтобы встать на флангах.

Первоначальное решение ехать к Павлу я отбросил, целый генерал-майор. Он получил генеральский чин перед выходом в Венгерский поход. Вот пусть и командует гвардией.

Я сидел и завтракал, наблюдая со стороны за действиями пластунов и егерей, которые выдвигались на позиции.

Их действия были слаженные и четкие. Никакой суеты. Всё отработано и налажено. Молодец Андрей, бригада была в отменном состоянии. Спокойно позавтракав, я сел в запряжённую карету и поехал к расположенным на позициях пластунов и егерей. В тылу выстраивались сотни казаков и горцев. Пластуны и егеря успели позавтракать и сидели на своих позициях, негромко переговариваясь. Кое-где слышались смешки.