Книга Шайтан Иван 8. В тени двуглавого орла, страница 5 – Эдуард Тен

— Паша, заткнись. Не нервируй меня. Твоей задницы не хватит, чтобы прикрыть меня со всех сторон.

— А чо сразу задница? — обиженно засопел Паша.

— Потому, Паша, что твоя голова ещё меньше чем задница.

Повисла тишина, потом резкое сдавленное хрюканье, после прорвался хохот. Меня самого стало трясти от собственного изречения. Пришлось терпеть. Каждый вздох отдавался болью в груди, а тут такое.

— Всё, заткнулись все. Быстро на выход. Командиру отдых нужен. Обезбол накапать, командир? — спросил Савва.

— Давай, восемь капель, не больше.

Решил проанализировать своё ранение. — Судя по состоянию, задето только левое лёгкое. Крупные сосуды не пострадали. По тому, как дышится, лёгкое опало и не функционирует полноценно. Раневой канал доктор почистил, будем надеяться хорошо, осталось опасаться инфекции и воспаления. Если гнойный плеврит, тогда жди беды. Надежда на мою усиленную регенерацию и повышенную сопротивляемость. Для такого ранения состояние вполне терпимое. При кашле появилась кровавая мокрота. Это вполне допустимо.

Голова стала тяжёлой, мысли замедлили движение. Действует мой обезбол. Я провалился в беспокойный сон.

Весть о тяжёлом ранении графа мгновенно долетела до жандармского управления. Барович и Булавин, встревоженные этим известием, уже собирались немедленно выехать в госпиталь, как к ним ворвался запыхавшийся вахмистр из личной охраны графа.

— Здравия желаю, ваше высокоблагородие! — Савва замер по стойке «смирно».

— Докладывайте, вахмистр, что случилось? — нетерпеливо бросил Барович.

— На графа совершено покушение, ваше высокоблагородие. Он тяжело ранен и находится в госпитале. По словам доктора, прогноз… крайне неблагоприятный. Полковник просит вас, господин подполковник, срочно прибыть.

— Максим Сергеевич, немедленно поезжайте, — тут же распорядился Барович. — И сразу же доложите мне.

Я почувствовал, как меня осторожно трясут за плечо. С трудом разомкнув веки, увидел знакомое лицо. Послышался голос Саввы.

— Командир, командир, подполковник прибыл.

— Пётр Алексеевич, вы слышите меня? — настойчиво повторял Булавин.

— Слышу и вижу, Максим Сергеевич. — Наконец смог вынырнуть из тяжёлой наркотической дрёмы.

— Как же так, Пётр Алексеевич? — В голосе Булавина слышалась искренняя досада.

Наверное, выглядел я неважно. Скорее всего осунувшееся лицо, бледность кожных покровов с синюшным носогубный треугольником. Следствие сильной кровопотери. Вспомнилось стандартное описание в истории болезни из далёкого будущего.

— И такое случается, Максим Сергеевич. Ничего, ранение серьёзное, но жить буду. Дело рук генштабиста.

— Вы уверены? — с сомнением спросил Булавин.

— Абсолютно. Хотел просить вас, Максим Сергеевич. Поставьте в известность князя Воронцова, что со мной всё в порядке. Не нужно лишнего шума вокруг меня. Сообщите всем, что ранение серьёзное, прогноз неутешительный. Главное, чтобы генштабист успокоился.

— Вы выяснили кто предатель? — с затаённой надеждой спросил Булавин.

— Нет, но теперь я точно уверен, что это не вы. — Неудачно пошутил я. Булавин моего юмора не понял.

— Максим Сергеевич, я в пути и надеюсь, что скоро найду предателя. — Постарался я успокоить Булавина.

— Дай то Бог, Пётр Алексеевич. Хорошо, я выполню вашу просьбу немедленно. Выздоравливайте. При возможности навещу вас. До свидания. — Булавин вышел из палаты.