Книга Шайтан Иван 8. В тени двуглавого орла, страница 4 – Эдуард Тен

— А вот это, зря. — Савва аккуратно вернул его руку. — Считайте, что это сам полковник вручил вам. Повторяю, это его благодарность. Даже не сомневайтесь. Я старший ближней охраны и знаю, что делаю. За жетон предупреждаю, молчок, и передайте всем, кто видел, ни словечка.

Доктор с сомнением смотрел на Савву. Потом нерешительно вернул деньги в карман брюк.

— Вы уверены, вахмистр?

— Считайте, это благодарность полковника.

— Хорошо. Полковника перенесли в отдельную палату, рядом палата для вас.

— Благодарствую, доктор. Насчёт жетона…– Савва приложил палец к губам.

— Разумеется, вахмистр, я всех предупрежу. — успокоился доктор.

— Чэго, случилось, Савва? — спросил встревоженный Аслан.

— Доктор нам палату выделил. Рядом с командиром.

— Харашо. Пайдём, пасматреть будем.

Моё сознание, будто молнией, опалила вспышка боли — слева, в груди. Ощущение было столь явным, словно кто-то вонзил между рёбер раскалённый докрасна шомпол и принялся его медленно поворачивать. С каждым движением внутри расползался всепоглощающий жар, испепеляющий нервы и мышцы. Мир сузился до этого нестерпимого огня, и я с радостью ушёл в небытие.

Когда сознание вернулось, острота отступила. Боль осталась — тяжёлая, глухая, настойчивая. Она уже не резала, а давила изнутри, будто налитая свинцом.

— Значит я не умер. У мёртвых ничего не болит. — Эта фундаментальная мысль окончательно вернула меня реальность.

— ООО.камандыр, мэня видэш? — Нарисовалось радостное лицо Аслана.

— Вижу. — я еле услышал свой голос. — Где я?

— Госпитал, камандир.

— Где все? —

— Другой комната, сэйчас позову.

— Нет, сначала доктора.

Аслан вылетел из палаты. Через некоторое время быстро вошёл доктор.

— Как вы себя чувствуете, ваше сиятельство? — спросил он встревоженно. Доктор с заметным испугом смотрел на меня.

— Терпимо. Кто вы?

— Надворный советник, Дамиров Всеволод Григорьевич. Главный врач госпиталя, ваше сиятельство.

— Доктор, я могу так обращаться к вам?

— Разумеется, ваше сиятельство. — Поспешил ответить Дамиров.

Я прикрыл веки. Говорить для меня было ещё той задачей.

— Док, всем отвечать, что я в тяжёлом состоянии, прогноз неутешительный. Шансов выжить мало. Так надо. — Заметил непонимающий взгляд доктора. — Ко мне никого не впускать, кроме тех, кого я назову. — Пришлось отдышаться и набраться сил. — Помимо вас, мои гаврики будут проводить процедуры и перевязки. Доверьтесь им, они знают, что делать. Если интересно спросите, они расскажут. Всё. Аслан, зови всех. — Опять передых, сил почти не осталось.

Озадаченный доктор, поклонился и вышел из палаты. Следом ввалились мои ухорезы.

— Живой, командир. — Прошептал Савва. Они стояли еле сдерживая радость. Их глаза были явно на мокром месте.

— Прекратить истерику! Живой я. Так, слушать, не перебивать. — Сил не осталось.- — Савва быстро в жандармерию, скажешь подполковнику Булавину чтобы пришёл. Больше никого ко мне не пускать. Всем говорить: состояние тяжёлое, надежды на поправку очень малы. Скорее всего помрёт.

— Типун тебе на язык! — возмутился Савва.

— Молчать. Слушать. Заготовите больше соляного раствора, промывать рану. Всё помните, что делать?

Все закивали головами.

— Остальное, после.

— Прости меня, командир, что не прикрыл тебя. — Хрипло повинился Паша, опустив голову. Все уставились на меня, ожидая общего приговора.