Книга Шайтан Иван 8. В тени двуглавого орла, страница 20 – Эдуард Тен

— Ваше сиятельство, — голос её звенел, как натянутая струна, в нём смешались мольба и отчаяние. — Умоляю вас! Заклинаю всем, что вам свято! Спасите моего брата! — И она залилась горючими слезами, а взгляд её зелёных глаз, казалось, прожигал насквозь, добираясь до самой души.

Я не отнял руки и краем глаза отметил заинтересованные взгляды Кроха, Паши и Саввы, застывших в ожидании.

— Я сделаю всё, что вы прикажете, — продолжала Зоя, стыдливо опустив ресницы, но не отпуская моей руки. — Всё… ваше сиятельство. — Надавила она последней фразой.

В её позе, в дрожи голоса было столько обречённой жертвенности, что мало кто устоял бы. Трудно не поддаться, когда тебе предлагают такую прелесть.

— Исполнено безукоризненно, — сказал я ровным, почти бесстрастным голосом. — И вправду любишь брата. На многое готова… Воровка на доверии или приманка для богатых простофиль. Ты просто прелесть, Зоя.

Слёзы мгновенно высохли. В её глазах вспыхнуло неподдельное удивление, сменившееся растерянностью. Она медленно поднялась с колен, всё ещё не выпуская моей руки.

— Зоя, я же говорил: не тебе тягаться с его сиятельством! Вечно ты действуешь наобум! — с досадой бросил Крох.

Зоя выпрямилась во весь рост и гордо вскинула голову, наконец отпустив меня.
— Спасите моего брата, ваше сиятельство. Моя благодарность будет безмерна, — произнесла она уже совсем другим, твёрдым голосом.

— Крох, угадал я с её ремеслом? — Спросил я, обращаясь к авторитету.

— Почти, ваше сиятельство. Только она ещё и карманница первостатейная. Отец её был среди нас очень уважаемым человеком.

— Зоя, подожди за дверью. — Сказал я приказным тоном. Дождавшись когда она выйдет я задал вопрос Кроху.

— Теперь скажи мне Крох, почему ты встрял за них?

— Когда я ещё зелёным сосунком сунулся в самое дно, наделал столько, что смерть моя за спину встала и нож к горлу приложила. Так вот, отец их спас меня и к себе в семью взял. Иваном он не был, но уважением пользовался большим. Шулером был от бога. По молодости карманником промышлял. Работал под обедневшего дворянина. Младшего сына в роду. А может так оно и было. Ничего про его прошлую жизнь не ведаю. Когда он понял что из меня приличного карманника или шулера не получится, определил меня по воровской линии. Учил, помогал пробиться наверх. Считай через него я человеком стал. При смерти его, дал слово присмотреть и заботиться за крестниками. Обучить то он их успел, да только не всему. Вот и попал впросак Артур. В карты он мастак, не хуже отца, да только меры не знает. Жаден до игры, а то никак нельзя допускать. Так-то может и сам бы справился, а тут дворяне, князья. Если что, нас метелить и рвать полиция будет долго. За мной народ стоит и немало. Не поймут ежели я из-за крестников бучу затею. Так что выручай ваше сиятельство.

— Ну, а теперь подробнее о тех, кто на меня покушался. Что ты говорил про убийц? — Вернулся я к самому главному.

— Братья это, ваше сиятельство. Кто и откуда — не ведаю, но есть у нас в городе один торговец, Худовердян. Товаром запрещённым приторговывает, ну и по мелочи. Так вот, эти братья, коли в городе, то к нему обязательно наведываются. И товар, видать, возили. Шастать меж горцами да на туретчину ходить так свободно не каждый может. Когда вас ранили, одного из братьев видели у Худовердяна. Тот дал ему лошадь, и он быстро убыл. А я поспрашивал у народа — говорят, второго в мертвецкую привезли, как раз с того места, где вас подстрелили. — Крох внимательно следил за моим лицом, стараясь уловить, какое впечатление произвели его слова. — Коли с этим торговцем по-хорошему поговорить, думаю, он много чего интересного расскажет.