Книга Золотая тьма. Том 2, страница 116 – Игорь Осипов

Волшебница легла поздно, успев допросить почти весь совет. Но в итоге открывались лишь мелкие склоки, сплетни, небольшие растраты казённых денег и любовные интрижки. Ничего, что выходило бы из обычного порядка гильдии. Всегда брали заказы на стороне, всегда понемногу воровали, всегда сплетничали и плели интрижки, прячась по тёмным закоулкам оплота Магистрата.

Николь-Астра дождалась, когда служанка постелет большую салфетку, какую использовали для еды в кровати, и стукнула ложечкой по яйцу.

И вспомнилась ночь.

Этой ночью вся цитадель пришлых бурлила, словно вода в котле. Халумари бегали, шумели, орали на своём языке. И даже без шпионских ворон было видно, что вооружённых людей стало больше. У каждого — либо скорострельный мушкет, либо хитрый пистоль. Все до единого в зелёных кирасах и шлемах. В небо часто взмывали охристые огни, а жужжащие летучие механизмы до сих пор кружат, как дозоры, переполошив живущих в палатках и шалашах батрачек.

Астра ещё раз ударила по яйцу, сломав скорлупу.

И в это время послышался голос Шона:

— Её достопочтенность, казначейша гильдии.

— Пригласи, — проронила волшебница и осторожно зачерпнула желток.

В дверь тяжело ввалилась грузная женщина пятидесяти лет. Подёрнутые сединой волосы свисали жидкими косами, перетянутыми золотыми цепочками. Одежда очень богатая: яркие шелка и тонкая золотая вышивка. На руках перстни и кольца с браслетами, кулон с дорогим камнем на запястье, какому позавидуют многие маркизы и герцогини. Такое могут позволить себе разве что самые высшие члены совета… и казначейша. И в движение всего — брезгливый взгляд тёмных глаз, словно навершие на богатом клинке.

— Ваше могущество, — едва заметно склонив голову, произнесла женщина, окинув нутро вагона и замерев с платком в руках, который медленно-медленно и размеренно, словно церковные чётки, тёрла пальцами.

Николь-Астра не стала кланяться в ответ и сразу показала на вещицу пришлых.

— Положи на неё руку. Коль будешь нечестна, этот артефакт убьёт тебя, — в который раз за последний день и ночь проговорила волшебница.

— Это безделушка, — скосив взгляд на вещицу, протянула казначейша.

— Ты уверена? — совершенно не сменившись в лице, проговорила Астра.

Даже если блеф раскрылся, надо играть до конца. Как говорится, не впервой. И дело даже не в артефакте, а в людях, которые могут верить, а могут и не верить во что-то.

— Да. Это безделушка.

— Тогда тебе тем более нечего бояться. Прикоснись, — улыбнулась верховная волшебница и добавила: — И отвечай на мои вопросы.

А внутри вопреки улыбке разгоралась щемящая обида. Ведь она же сама пригрела эту гиену под подолом.

— Я не буду. Это глупости, — поклонилась казначейша, прижав руки с платком к животу. — Я и так на всё отвечу.

Это заставило Николь-Астру внутренне ухмыльнуться. Потому что казначейша тоже блефовала. Но блеф Астры оказался чуточку сильнее.

— Прикоснись, — повторила волшебница с нажимом и поглядела за спину гостье, где Старая Прачка отложила в сторону доску с фигурками и встала, опустила ладонь на рукоять клинка.

— Позвольте, не буду, ваше могущество. Я и так верна вам. Зачем испытания?

Николь-Астра медленно отложила ложечку, не сводя с гостьи пристального взгляда.

— Ты думаешь, я стану церемониться? — мягко, но с угрозой произнесла она, продолжая игру. И блеф перешёл в угрозы. — Либо ты кладёшь руку и отвечаешь, либо руки тебе отрубят. А то как дитя, буду не буду. Ты послушай, что лепечешь. Хотя бы прояви свою знаменитую хватку.