Книга Золотая тьма. Том 2, страница 115 – Игорь Осипов

И ведь неспроста же. Неужели для них люди — куда меньшая угроза, чем те же псоглавые, если спрятались практически у недруга под носом?

Генерал вздохнул, разглядывая раскрашенные в чёрные и жёлтые полосы обнажённые тельца. И вот так вот, когда кучковались, нехитрый боди-арт визуально размазывал контуры фей, превращая их в единое шевелящееся нечто, ощерившееся острыми пиками и арбалетами, натужно жужжащее жёсткими осиными крыльями.

Обычные хищники или внезапно оказавшиеся рядом крестьяне от такого наверняка отшатнутся. Как говорится, защитная мимикрия в деле.

— База приказ приняла! — быстро доложил дежурный.

Генерал кивнул и проронил:

— Значит, поставь сюда открытый котелок с водой и что-нибудь из съестного. Пусть сами выберут. А то у нас тут потусторонние беженцы.

— Это, командир, я сам, — вызвался вдруг Стаканыч, заставив начальника недоумённо на него поглядеть.

— Ладно. А утром подумаем. И тогда уж саламандру погрузи. Пригодится для опытов.

Так и продолжилась ночь. И больше не видно было ни нечисти, ни псоглавых. Только пульсирующий и гулко дыкающий посох, вогнанный в землю прямо посередине просёлочной дороги, ведущей прочь.

Глава 20 Потусторонняя жесть

Николь-Астра открыла глаза и вдохнула мягкий, наполненный вкусными ароматами воздух.

Под головой едва слышно зашуршали подушки, а сидящая у кровати служанка, которая еле-еле сдерживалась, чтоб не заснуть, встрепенулась и вскочила с места.

— Ваше могущество, — протараторила она и тут же пододвинула столик с водружённым на него серебряным подносом. На подносе были тарелочки с гренками и большая кружка с тёмным отваром. Рядом ютилась небольшая чаша с чем-то бело-жёлтым. Служанка тут же принялась пояснять: — Халумарский завтрак. Хлеб, яйца всмятку, густое слащёное молоко, напиток под названием какао. Его принято пить либо с молоком, либо вот с этими кубиками. Это сахар.

— Белый? — прошептала волшебница. В королевстве сахар делали из нобийского тростника, и на цвет он был как тёмный мёд. А этот белее белого.

За дверью что-то застучало по дереву, и послышался голос Старой Прачки.

— Пять! Моя фигура ходит на пять ходов!

И она старательно отсчитала своё, тихо постукивая фигуркой по столешнице. Затем послышался звон монеты.

— Ставлю ещё серебряник, что мой гонец с депешей дойдет до конца первой.

— Это хитрая игра, — возразил ей второй голос — одной из боевых ведьм охраны.

— Ты ставь, не смущайся. Такора сейчас на моей стороне, — с усмешкой в голосе протянула Линда.

А ведьма что-то пробурчала в ответ и зазвенела, но не деньгами, а медными монетками из набора игры. — Даю взятку духу лени, чтоб отпустил.

Затем о стол звякнула серебряная сликва — ее звук ни с чем нельзя перепутать.

— Что? — возмутилась Линда. — Откуда у тебя взятка? Ты же все монеты в прошлый ход оставила.

— Все да не все, — проговорила ведьма, заставив Старую Прачку недовольно засопеть.

Опять, поди, проиграет и будет клянчить в долг.

Потом снова застучало, наверное, кости кидают.

Николь-Астра улыбнулась и повернула голову и выглянула из окна. Небесная Пара уже прошла половину пути до полудня, вися на почти чистом небе. Лишь далеко на краю пепельно-голубой бесконечности виднелось небольшое облачко.

Астра потянулась и села поудобнее. Служанка тут же поставила на кровать небольшую подставку, куда и перенесла поднос с едой.