Книга Дева, муж и свекровь-дракониха, страница 5 – Дарья Адаревич

Кричу и пытаюсь бежать, но поскальзываюсь о подол и падаю, и ни куда-нибудь, а прямо в лапы убийце.

— Не трогай меня, нет! — брыкаюсь. — Нет! Я тебе не нужна!

— Эй-эй, — он нависает надо мной, смотрит в лицо. — Ты в порядке?

Капюшон спадает, открывая лицо. Вполне человеческое и довольно молодое. Никаких клыков и красных глаз. Пусть так, все равно он разбойник или вор-убийца. Лохматый и ужасно бородатый, рваный шрам пересекает левую бровь. Губы искривлены в насмешливой улыбочке, а в глазах играет огонь того, кто рассмеется смерти в лицо и, если придется, будет танцевать на собственной могиле.

— О, нет, скажи, что ты призрак, а не настоящая невеста, — его голос звучит хрипло, словно им давно не пользовались. — Я, знаешь ли, побаиваюсь невест.

Сказал и рассмеялся шутке. Смех тоже получается скрипучим. Из какого леса он выполз? Сглатываю, прикидывая, какие у меня шансы остаться в живых после этой встречи.

— Кто ты такой? — решаю потянуть время. — Что здесь делаешь?

— Я Георг Ловласс, хозяин этого замка, а вот ты кто?

Что-то много развелось Георгов Ловлассов. Либо все происходящее — дурной сон, либо у меня большие проблемы.

— Я знаю Георга, — говорю прямо. — И ты точно не он.

Незнакомец, назвавшийся именем моего мужа, с неожиданной легкостью и нежностью даже сажает меня на ступени. Отряхиваю платье и отодвигаюсь подальше. Откуда взялась нежность? Я бы не подумала, что в его руках может скрываться теплота. Рассматриваю его, силясь за бородой при тусклом свете нормально разглядеть лицо. Скоро прекращаю, думая, что ни к чему это все.

— А ты кто? — спрашивает дикарь.

Сказать правду или солгать? Но я ведь в свадебном платье — тут сложно не сообразить.

— Я жена Георга Ловласса! — говорю с гордостью, которой не испытываю.

— Жена? — удивлен. — Но у меня нет жены.

— Потому что ты не он!

Виснет неловкая тишина, и разбойник потирает бороду, размышляя. Только сейчас замечаю, что есть в нем что-то знакомое. Бирюзовые глаза. Яркие такие, почти малахитовые. Продолжаю отползать назад, а человек, присвоивший имя Георга и осматривает замок взглядом собственника.

— Где тот, кто назвался именем Георга Ловласса? Новобрачный получается, — спрашивает разбойник с легким смешком. — У вас же самое время для брачной ночи.

Он решил играть роль дальше. Но зачем? Зачем притворяться графом, когда ты совсем на него не похож. Втягиваю воздух, думая, как бы этому наглецу ответить.

— Фиктивный брак, — ухмыляется разбойник. — Ну, конечно, фиктивный. Ему всегда нравилось использовать наивных девушек. Ты давно его знаешь вообще? Георга этого.

Один день, и «знаю» — это сильно сказано, но я молчу, приглядываясь к разбойнику. Происходящее кажется таким пугающе нелепым.

У нас в общине подруг-отшельниц существовало три правила выживания:

1 — больше слушай и меньше говори

2 — не показывай своих истинных чувств

3 — знай, кто сильнее, и не выступай против него

Я всегда смеялась над этими правилами, снова и снова доказывая подруге-старейшине, что именно смелость прорубает дорогу в будущее, на что старейшина отвечала: «Нам не нужна дорога, мы должны просто выжить!». И сейчас, глядя на разбойника, я вцепилась в правила подруг мертвой хваткой. Разбойник сильнее, и я не собираюсь выступать против. Главное дожить до утра, когда вернутся слуги, свекровь-дракониха и, возможно, мой новоиспеченный муж. И нельзя раскрывать карт.