Книга Линия иной судьбы 5, страница 104 – Дмитрий Соловей

И вот сейчас мой старший брат пребывал в состоянии глубочайшего, искреннего шока.

Ведь для него я был сугубо гражданским заучкой, тихим химиком-пищевиком, который просто удачно пристроился в аспирантуру в Москве. По вполне понятным причинам я тоже в письмах не распространялся, при каком именно ведомстве числюсь. И вдруг Пашка видит меня здесь, на сверхсекретном ракетном полигоне, да ещё и в компании самого полковника Яздовского — человека, перед которым местное начальство чуть ли не по струнке ходит!

Павел сделал над собой колоссальное усилие и, чётко чеканя шаг, подошёл ко мне. Он честно попытался соблюсти военный этикет перед важным гражданским специалистом, но субординация с треском проиграла.

— Товарищ Жериков… — Пашка запнулся. — К вам как теперь официально обращаться — Валентин Георгиевич? Ты как здесь вообще оказался, малец⁈

Я не выдержал и широко улыбнулся, глядя на его ошарашенную физиономию:

— Здорово, капитан. Можно просто Валька. Я тут… по санитарной части, Паш.

Яздовский, прервав спор с местным полковником, повернул голову и прищурился. Его взгляд зафиксировал ошарашенного капитана-артиллериста и меня с улыбкой до ушей. Полковник решил разъяснить для себя ситуацию и подошёл к нам. Павел моментально среагировал на приближение начальства, вскинул руку к козырьку и гаркнул по форме:

— Товарищ полковник медицинской службы! Капитан Жериков, начальник стартового расчёта! Направлен для согласования графиков подготовки головной части!

Мой начальник перевёл взгляд с погон Павла на мою физиономию, затем обратно. Его брови едва заметно приподнялись.

— Жериков? — переспросил он. — Вы родственники?

— Родной брат, товарищ полковник, — вместо Павла ответил я. — Старший.

— Родной, значит. Эк, как у вас совпало, — хмыкнул полковник и перевёл взгляд чуть в сторону, где за моей спиной стояла Тоня. — Так, капитан Жериков. Графики мы с вашим командиром согласуем, никуда не денемся. Но раз уж такое дело — забирай своего брата вместе с его помощницей.

Полковник кивнул в сторону Тони, отчего та невольно выпрямилась.

— Выдели им в МИКе закрытый бокс под лабораторию, где попрохладнее, чтобы их гидрогель от здешней жары в кашу не превратился. И обеспечь товарищам учёным нормальные условия. Бойцов для разгрузки я Жерикову-младшему уже дал. Выполнять!

— Есть! — Пашка снова гаркнул по-уставному.

Вояка одним словом. Как хорошо, что я сугубо гражданский и не козыряю каждому старшему по званию.

По лицу Пашки было видно, что вопросов у него в голове сейчас роился целый миллион. Причём не только ко мне, но и к симпатичной девушке, которую я притащил с собой на секретный объект. Однако, как говорится, «первым делом, первым делом самолёты…».

— Ну, Валентин Георгиевич… Ну, химик! — пробормотал он, идя впереди и показывая бойцам, куда нести ящики. — Какая, к лешему, аспирантура? Ты мне толком объясни, чем ты таким занимаешься, что сам Яздовский ради тебя графики пусковой батареи двигает? Да ещё и при такой очаровательной спутнице!

Тоня от его тона слегка покраснела, но вежливо улыбнулась. Павел ещё раз посмотрел на меня, с трудом сдерживая рвущиеся наружу вопросы, а я, перехватив поудобнее коробку с паяльником и утюгом, тоже не стал скрывать улыбку.

Настроение взлетело до небес. Да что там до небес — до самого космоса! Подумать только, за тысячи километров от дома встретить брата, да ещё и при таких обстоятельствах!