Онлайн книга «Восхождение Морна. Том 12»
|
Склады у восточных и нижних ворот в этом раскладе требовали отдельного и срочного внимания. Их необходимо выкупать строго в ближайшие дни, пока почтенные владельцы ещё готовы двигаться по цене. Ну и под занавес дня запланирован вечер с Гришкой, нищим гением с рабской печатью. Там предстоит сказать парню радостную весть в стиле «Добби свободен» и объяснить, что он может смело паковать пожитки для переезда в Сечь. А заодно дать ему техзадание на изготовление меча под моё родовое пламя… Только до этого надо отправить его к Волковым, чтобы они сняли своё клеймо, иначе сделка не будет считаться аннулированной. В итоге вырисовывается девять часов сумасшедшей, предельно плотной и крайне нервной работы. Окончательно додумать эту мысль я просто не успел. Переулок резко вывернул на Мясницкую улицу, и всякая аналитика моментально вылетела из головы, потому что меня с ходу внесло в живую человеческую массу. Жаровск окончательно сошёл с ума. Когда мы въезжали в этот город, предстоящий аукцион уже висел в воздухе, но атмосфера словно была на паузе. Ночью народ и вовсе ушёл в угар, сбрасывая стресс по местным питейным заведениям и борделям. А сейчас Жаровск словно сорвался с цепи. Закипел и пошёл паром, как забытый на бешеном огне котёл. Тысячи людей одновременно очнулись и ломанулись на работу. Все стремились успеть, отжать, перепродать и срубить бабла на приезжих лох… неопытных покупателях. Энергия жадности буквально вибрировала в воздухе. Телеги стояли впритык по обоим бортам улицы, образуя непрерывную стену из дерева и железа. В узкий просвет между ними набилась толпа — плечом к плечу, без шанса затормозить, вывернуть в сторону или хотя бы почесать нос. Вымотанные извозчики дремали прямо на козлах, завернувшись в овчины и накрыв ладонями рукояти ножей. Кто-то прямо у колеса жарил мясо на переносной жаровне, пуская сизый дым прямо по головам. В воздухе стоял лютый замес из гари, сырости, лошадиного пота, подгоревшего лука и стойкого запаха больших денег. После ночного ливня грязь поверх брусчатки раскатали в ровный, жирный, скользкий пласт, который вся эта масса чавкающе месила тысячами сапог. Меня прижало к чужому окованному сундуку, развернуло на триста шестьдесят и потащило дальше, глубже в этот дикий купеческий трафик. Кажется, кто-то только что наступил мне на ногу, а я в ответ привычно отработал локтем кому-то по рёбрам. Добро пожаловать на аукцион, Артём. Наслаждайся местным сервисом. — Два! Два золотых и ни медяком меньше! — Ты в адеквате вообще⁈ За номер с клопами⁈ — Не устраивает — вали к Прошке. У него во дворе отличный спальный мешок под тентом, за золотой за ночь. И никаких клопов, потому что даже они отказываются жить в подобных условиях! У крыльца гостиницы разворачивался жесткий овербукинг. Человек десять приезжих с чемоданами и баулами намертво зажали хозяина на входе. Тот высился на верхней ступеньке с видом топ-менеджера, только что закрывшего сделку века, и кайфовал от собственного монопольного положения на рынке. — Пять! — перебил всех ошалевший мужик из хвоста очереди. — Даю пять, если прямо сейчас прогонишь этих нищебродов и дашь мне забросить вещи! Цены взлетали прямо на глазах, а рынок жилья в Жаровске окончательно превратился в дикий базар, где прав зажравшийся монополист. |