Книга Восхождение Морна. Том 13, страница 51 – Сергей Орлов

Я взял бумагу и развернул её. На листке наспех, размашистым и нервным почерком, было выведено всего пара строк:

«Молодой Морн под стражей на Рыбной. К рассвету вывезут из города или посадят в рунный блок. Если он вам нужен, поторопитесь».

Я прочёл текст про себя ещё раз, зацепившись за последнюю фразу. «Если он вам нужен». Интересный оборот. Откуда безымянному автору записки вообще стало известно, что я могу представлять для Мозыря хоть какой-то интерес?

Пока я размышлял, прямо перед глазами вспыхнула полупрозрачная строка Оценки. Самая обычная серая бумага — в такую мелкие лавочники на рынке заворачивают селёдку; чернила дешёвые, рыночные, которые продаются за медяк в любой лавке; написано в спешке, остаточного следа магии или рун нет.

И больше ничего. Никаких следов нанимателя, ни единой зацепки по почерку, ни малейшего отпечатка магической силы.

Ощущение неприятное — как заноза под ногтем, которая раздражает, но вытащить её прямо сейчас нечем. Я отложил записку на стол. Выяснять, кто стоит за этим посланием, пока не имело смысла — у меня и без того было над чем подумать. В эту же виртуальную стопку неотвеченных вопросов уже легли Мойша, странная утечка информации у Стужева и ещё с десяток тем, на которые сейчас просто не оставалось времени. Всё это подождёт. Утро вечера мудренее, а завтрашний день у меня и без анонимок расписан от и до: ранний подъём, тренировка, торги и визит к полковнику Стрешневу.

— Я мог бы сказать, что ринулся в участок из чистого принципа, — неторопливо проговорил Мозырь, разворачивая очередную конфету. — Сказать, что это мой город, моя Гильдия и мои правила, а кто-то пытается распоряжаться людьми за моей спиной. Всё это, конечно, правда. Но всё это ты и сам прекрасно понимаешь и мог бы легко додумать. Поэтому скажу предельно прямо. На третий день торгов в Жаровск приезжает Лука. И я хочу, чтобы к его появлению мой официальный преемник сидел вместе со мной в главном зале, а не гнил в рунном блоке.

— Я всё ещё не соглашался на ваше предложение, — повторил я, глядя старику прямо в глаза.

— Но ведь и не отказывался, — всё так же спокойно и без нажима возразил Мозырь. — А пока нет прямого отказа, меня такое положение дел вполне устраивает.

Он отправил очередную конфету в рот и привычным движением левой руки начал потирать большим пальцем массивный камень в перстне.

— Бумага, которую сегодня оформил Лавр — это не просто формальная расписка, — тем временем продолжил Мозырь. — С этого момента для всех ты официально работаешь со мной в связке. А это значит, что все мои недоброжелатели и враги теперь смотрят на тебя как на прямую мишень.

— И много их? — уточнил я.

— Меньше, чем хотелось бы мне, — старик чуть прищурился. — Но точно больше, чем хотелось бы тебе.

— Да уж… в этом городе мне точно не дадут заскучать.

Он слабо усмехнулся одними лишь уголками глаз, но тут же снова стал серьёзным:

— Запомни одну простую вещь, Артём. Поручитель в нашей Гильдии всегда отвечает за того, за кого поручился — и головой, и кошельком. Если ты где-то оступишься или совершишь глупость, платить по счетам придётся мне. А я человек уже глубоко пожилой, и лишних ресурсов на чужие ошибки у меня просто нет.

От этих его слов в памяти мгновенно всплыл эпизод из прошлой жизни. Мой бывший сосед по лестничной площадке как-то раз по глупости поручился перед банком за родного шурина, взявшего крупный кредит. Шурин через неделю благополучно уехал в Турцию «отдохнуть на пару недель» и пропал с концами, а сам сосед после этого продал машину и отдавал ползарплаты коллекторам. Я тогда искренне не понимал, как можно было так бездарно вляпаться на ровном месте. Теперь же, сидя напротив Мозыря, я, кажется, начал это понимать с предельной отчётливостью.