Книга Рожден, чтобы любить тебя, страница 62 – Элоиза Джеймс

— Я не хочу рассуждать на эту тему, — сказал Норт.

— Диана, а ты, случайно, не заметила, из какой ткани сшиты его штаны? — спросила Лавиния.

— Нет, но сидят они исключительно по фигуре! — фыркнула Диана.

— Я не про переднюю часть, а про его ягодицы, — задумчиво сказала Лавиния. — Может быть, ткань кроили по косой?

Парт хотел было презрительно нахмуриться, но решил притвориться, будто ему весело.

Элиза захлопала в ладоши:

— Леди, там впереди наверняка будет еще канат. Нам нужно только пройти вперед, дождаться, когда появится актер и спросить его про штаны.

— Я попрошу его спрыгнуть к нам, — сказала Лавиния и кивнула.

Элиза взяла под руку леди Ноув, так что Парту пришлось предложить руку Лавинии. Она уставилась на него с некоторым испугом.

— Почему вас так интересует ткань его штанов? — спросил он.

— От вида переплетения зависит, как ткань сядет по фигуре, — объяснила Лавиния. И она продолжала говорить о косом крое и заделке швов, ни в малейшей мере не стесняясь того, что фактически восхищается мужской задницей. Парту пришлось все это проглотить.

Дамы бегом неслись вперед — им не терпелось встретить очередного канатоходца, но Парт удерживал Лавинию, вынуждая идти приличествующим даме шагом. Наконец дамы завернули за угол, и теперь на тропинке никого не осталось. Кроме них двоих.

Лавиния ничего не замечала.

В таких случаях его обычно охватывало презрение — женщина настолько увлеклась разговорами о тряпках, что не замечает, что они остановились. В этот момент Лавиния как раз стояла к нему лицом и дергала за рукав, призывая к вниманию, и так сыпала словами, что они буквально сталкивались, слетая с ее языка.

Он не знал и половины терминов, которыми она пользовалась. Если он правильно понял, у мистера Фелтона появился новый станок, который создавал ткань…

— Которую можно кроить по косой? — спросил он.

У нее вытянулось лицо.

— Вы не поняли?

— Это моя вина, а не ваша, — поспешил сказать он. — Расскажите еще раз. Я очень интересуюсь механическими станками, но об этом практическом способе ничего не слышал.

Она повторила. В вечернем сумраке на извилистой тропинке Вокс-холл-Гарденз Парт Стерлинг стоял и слушал, как Лавиния рассказывает ему о новых станках, которые вскоре будут производить изысканные шелка прямо здесь, в Британии. Мистер Фелтон мог бы назначить за них цену вдвое больше, чем за простой атлас. И если эту ткань скроить по косой, тогда наверняка…

Но она опять сбила его с толку, потому что внезапно перешла на тему нового красителя, добываемого из коры бархатного дуба, что бы это ни значило.

— Понимаете, что я имею в виду? — спросила она.

— Соглашусь, что малые партии уникальных расцветок — это превосходная мысль.

— Я так ему и сказала, — ответила довольная Лавиния. Потом снова потянула его за рукав. — Но я вас заговорила, мистер Стерлинг. Прошу прощения. Давайте догоним остальных.

— Почему «мистер Стерлинг»? — сердито спросил он.

Она растерянно взглянула на него:

— Я уже извинилась за детские прозвища, которыми вас награждала. Мне действительно жаль. Я обещаю, что впредь никогда не буду относиться к вам столь неуважительно.

Парту захотелось взвыть, но он просто кивнул. Лавиния двинулась вперед по тропинке.

— Мы могли бы обращаться друг к другу по имени, — сказал он и снова остановился перед тем, как завернуть за угол. Он уже слышал громовые раскаты смеха леди Ноув.