Книга Они были братьями. Часть 2, страница 54 – Артём Март

Я проводил их взглядом. Стоун, заметив это, приподнял бровь и что-то сказал Гуль Мохаммаду. Старейшина покачал головой и отвёл глаза.

— Что-то этот бугай не в духе, — заметил Фокс.

— Да. И он ушёл до конца заседания. Это плохо.

— Думаешь, они там задумали что-то?

— Не знаю. Но мне это не нравится.

Я обвёл взглядом двор. Мулла и двое других отцов всё ещё были в саду. Оставшиеся мальчишки сидели в тени, у стены и боялись поднять головы.

Лекарь Абдул-Хаким сидел в стороне, на каменной лавке, в тени стены мечети. Один. Руки у него были сложены на коленях. Он не шевелился, уставившись в одну точку — в пыль под ногами.

Я подошёл к нему. Он вздрогнул, когда заметил, что я приблизился. Поднял глаза. В них была тревога.

— Жарко, — сказал я, садясь рядом.

Он ничего не ответил. Только чуть-чуть отодвинулся.

— Ты дал парням табаку. Спасибо.

— Да ладно тебе, товарищ прапорщик, — пробормотал он несколько растерянно. — Было б за что благодарить.

— А сам не куришь? — глянул я на него, — ни разу не видел, чтоб ты дымил.

— Торгую иногда, — пожал он плечами. — Но сам, нет, товарищ прапорщик.

— Ты тут хорошо устроился, — проговорил я, глядя на небо и щурясь от солнца. — Всем нужен. Со всеми торгуешь. Всё знаешь. Нужный человек.

— Я тут был чужак, — пожал он плечами, кажется, немного расслабившись, решив, что я подошёл просто поболтать ни о чём, — надо было крутиться, чтобы жить. Вот потому и знаю.

— Так, может быть, ты знаешь ещё и о том, откуда оружие на мельнице? — глянул я на него пристально.

Он вздрогнул. Открыл рот, потом закрыл. Я видел, как забегали его глаза.

— Я… я не знаю.

— Знаешь. Ты слишком нервничал, когда увидел ящик. Ты знал, что он там.

— Я не…

— Послушай меня, — я говорил тихо, но в голосе у меня был холод. — Я не мулла. Я не старейшина. Я не буду тебя судить. Но я хочу знать правду. Потому что это оружие — советское. Потому что мальчишки знали о нём. И потому что Хаджи Абдулла только что ушёл отсюда с таким лицом, будто собирается кого-то убить. Ты понимаешь, что может случиться?

Он молчал. Я наклонился ближе.

— Ты уже однажды промолчал, Абдул-Хаким. И это стоило жизни твоему племени. Хочешь, чтобы молчание снова привело к беде?

Он закрыл глаза. Плечи его опустились. Он сдался.

— Я… Я знаю только слухи… — промямлил он, — я человек далёкий от войны. Я…

— Какие? — спросил я, совершенно не веря в то, что лекарь знал о тайнике исключительно по слухам.

— Это оружие… — прошептал он. — Его оставили здесь несколько месяцев назад. Отряд Карим-Паши проходил мимо кишлака. Они остановились на ночь. А утром ушли, спрятав что-то на мельнице. Я не знаю зачем. Может, на случай, если придётся вернуться. Может, для кого-то другого. Мне не говорили.

— И, конечно, все об этом знали, — покивал я.

— Да… Мулла. Старейшины. И… — он запнулся. — И Хаджи Абдулла. Он единственный, кто точно знал, где ящик. Был среди тех, кто указал людям Паши, где лучше всё спрятать.

Я смотрел на него и чувствовал, что, скорее всего, он не врёт. Может быть, недоговаривает, но точно не врёт. Потому что слишком боится врать мне.

— Думаешь, это Хаджи Абдулла послал своего сына за оружием? — спросил я.

— Я…

Он открыл рот, но в этот момент из сада вышел мулла. Он был мрачен, лицо его осунулось. Увидев нас, он остановился и что-то резко сказал. Стоун лениво перевёл: