Книга Меж двух огней, страница 11 – Артём Март

— Короче… Так себе у нас дела, — сказал Муха, выбравшись из одной из немногочисленных палаток, уцелевших после обстрела.

— Сложные у нас дела… — повторил он в мрачной задумчивости. Потом глянул на меня, но тут же спрятал свой взгляд. Добавил: — И решения приходится принимать… Тоже сложные.

Палатку, в из которой вышел Муха мы отвели для раненых. Там же лежал и Асих.

Бой был скоротечный, но тяжелый. Пока мы с Бычкой и Звягинцевым разбирались с душманами и Асихом, пограничники спасались от вражеских мин. Муха приказал переместить бронемашины за скалу. Поставить их в такое место, которое, как ему казалось, наименее неудобно для обстрела. Ну а чтобы разместить на ближайших вершинах минометы, духам потребовалось бы обходить горы кругом. На это враг должен был затратить не менее трех-четырех часов.

Бойцы же, кто остался пеший во время обстрела, старались укрыться в скалах и расщелинах.

Такая тактика дала свои результаты. Раненых было много, но абсолютное большинство — крайне легко. В основном осколками, что рикошетили от камней, и лишь на излете могли поразить свою цель. На такие раны бойцы не обращали внимания. Ограничивались, как правило, обычной обработкой и дезинфекцией.

Душманы же отступили почти так же быстро, как и напали. И в немалой степени в этом им помогли пограничники.

Геворкадзе умудрился собрать свое отделение под минометным огнем. И, когда огонь ослаб, выдвинуться в бой, прячась, когда засвистит мина, в камнях. Таким образом сержант наткнулся на охранение минометного расчета и завязал с душманами бой. Пока он кипел, расчет успел скрыться, и огонь прекратился.

Что интересно, почти такая же история произошла после того, как и мы наткнулись на душманов. Их группа, вероятно, тоже охраняла подступы к миномету. Но после боя, опасаясь, видать, что к нам подойдет подкрепление, и она ушла. Вслед за этим замолк и миномет.

К счастью, сейчас можно было сказать, что мы находились в относительной безопасности. Такой темной ночью ходить по горам слишком опасно. Тем более со скарбом в виде нелегкого восьмидесятидвухмиллиметрового гранатомета.

Но на рассвете душманы снова могли двинуться в путь. Риск попасть в новую западню возвращался.

— Один убитый, — вздохнул Муха, имея в виду Смыкало, — трое тяжело раненных. Много кто получил легкие ранения. Это, конечно, не считая этого «Призрака», Саша.

Тут подоспел Геворкадзе. Он вошел в отсвет света фар одного из БТР, освещавших уцелевшие палатки.

— Все часовые на позициях, товарищ старший лейтенант, — доложил он, но вдруг замялся. — Правда… Правда, толку от этого немного. Темнота — хоть глаз выколи. Если дух и на три шага подойдет — не увидишь.

— Они тоже скованы темнотой, — возразил я. — Вряд ли будут действовать в такой обстановке.

Муха снова вздохнул.

— Я связывался со Стакановым. Обещают поторопить группу, — покачал он головой. — Если не будут заходить на «Вертушку», а пойдут напрямик, доберутся к нам до рассвета.

Мы с Геворкадзе молчали. Слушали.

— Еще есть хорошая новость. С ними едет военврач. Майор Громов из отряда. Был поблизости. Начотряда приказал ему присоединиться к группе, — Муха на несколько мгновений замолчал. Нахмурил брови, — Коля Звягинцев плохой. Непонятно, как транспортировку переживет. Громов за ним присмотрит.