Книга В гнезде "Пересмешника", страница 124 – Артём Март

После Муха приказал увести машины. Спрятать их за скалой, где, возможно, не будет обстрела.

Заговорили КПВТ и ПКТ бронемашин. Их трассирующие снаряды сыпались куда-то в сторону гор. Туда, откуда, по мнению Мухи, могли вести наступление душманы.

Тяжелые бронемашины сдвинулись с места. Колонной принялись продвигаться, пока их могучие пулеметы разверзались дульным пламенем.

Мы с Мухой запрыгнули на броню командной машины. Не успел старлей подобраться к люку, как из него показался… Бычка.

— Ушел! — Крикнул он, — он ушел!

Лицо бойца было в крови. Сломанный во второй раз нос свернуло еще сильнее. Губы и подбородок под ним залило красным.

— Как? Когда⁈ — Крикнул Муха.

— Я… Когда начался обстрел! Я сам не понял, как он…

— Звяга живой⁈ — Спросил я, перекрикивая хлопок очередного взрыва, разметавшего опустевшие палатки.

— Живой! Не ранен!

— Отлично! Тогда вы вдвоем за мной! Ты видел, куда скрылся Аль-Асиф⁈

* * *

Сумерки густели.

За его спиной, в лагере шурави, рвались мины. Другие свистели в воздухе и снова рвались. Чуткий слух Аль-Асифа улавливал, как где-то вдали, за хребтами скал, приглушенно хлопали минометы, отправляя в небо новые снаряды.

Он бежал меж камней. Бежал со всей возможной скоростью, которую позволяла развить его раненная нога. Бежал, хромал, падал, катился по холмам. Но потом снова бежал и снова вставал.

Освободиться было несложно. Неразбериха, начавшаяся в лагере, стала союзником раненному наемнику. Одного часового он просто ударил головой. Второго, когда тот вскочил и схватил автомат, отделал собственным же оружием. Пограничник не успел вскинуть автомат. Асиф схватил его связанными руками, отвел ствол в сторону. Оставалось лишь толкнуть автомат вперед, чтобы приклад угодил шурави в пах. Последние чувства пакистанец выбил из него, ударив лбом в лицо.

А забрать нож у одного из часовых было еще легче.

Сложность оставалась в другом — найти укромное место. Затаиться. И при этом не наткнуться на моджахедов, штурмовавших лагерь пограничников.

Он наткнулся.

Нога подвела Асифа в очередной раз, и он рухнул с каменных ступеней, оказавшись на сухой земле. Когда поднялся, увидел их.

Небольшая группа духов пробиралась меж камней, вверх по склону холма, на котором стоял «Кабаний Клык».

— Аль-Асиф… — Протянул Турсан-Ага, поднимая свою винтовку и приказывая остальным моджахедам остановиться.

— Надо же… Я, я думал, ты сдох… — Холодно, с отчетливой угрозой в голосе проговорил Сахибзад, выступив из-за плеча Турсана.

— Стой! — Раздался позади голос.

Моджахеды, все как один, сгорбились, пригнулись, вскинув оружие.

Асиф обернулся. Вслед за окликом он услышал и топот тяжелых советских сапог. А потом увидел и погоню.

Трое пограничников застыли на склоне, держа автоматы наготове.

Их вел он — его главная цель. Его главный обидчик. Тот, кто сегодня унизил его на глазах сначала шурави, а потом и моджахедов. Тот, кто сегодня умрет от его руки. Их вел Селихов.